Он вытащил из кармана старинную лупу и пинцет, с которыми, наверное, никогда не расставался, бережно вытряхнул на стол марку, склонился над ней, вооружившись лупой… и почти тут же издал разочарованный вопль:
– Фальшивка!
– Какого черта? – вскричал Маркиз. – Эта марка не может быть подделкой! Ведь одна подделка уже есть, у той девицы, что приходила к вам! Если только старик не оказался хитрее, чем я думал…
– Вы меня обманули! – проворчал Полуянов, хмуро уставившись на Маркиза.
– Если бы я знал, что здесь нет настоящего «Маврикия», я ни за что не пошел бы на такой риск!
– Не огорчайтесь, Полуянов! – попытался успокоить его Маркиз. – Отрицательный результат – тоже результат! Обещаю вам, вы еще подержите в руках настоящий «Маврикий»!
– «Маврикий Томашевского»? – недоверчиво переспросил Станислав.
– Именно его! А сейчас нам нужно привести здесь все в порядок и покинуть квартиру дирижера, пока нас прикрывают.
Маркиз положил на место конверт с фальшивой маркой, закрыл сейф, навел порядок в баре и привел кабинет дирижера в первозданное состояние.
Затем он тщательно протер куском замши дверцы шкафов, поверхность стола и все остальные места, где могли остаться их с Полуяновым отпечатки пальцев.
Убедившись, что в квартире не осталось следов их пребывания, Леня вместе с безутешным филателистом вернулся в прихожую и, остановившись перед дверью, набрал номер на мобильном телефоне.
Охранник Леша изнемогал.
"
"Сказочная красавица, появившаяся в его служебной комнатке, словно вынырнув из чудесного сна, довела его до умопомрачения. Она тормошила и щекотала его, покусывала за ушко и целовала в бритую голову, но как только Леша пытался схватить нимфу, обнять ее, перейти к прямому контакту – она ловко уворачивалась и отскакивала с дразнящим смехом, звонким, как серебряный колокольчик.
– Ты ведь сказала, что ты – подарок! – проворчал распаленный охранник, когда очередная попытка облапить неуловимую девушку не увенчалась успехом.
– Подарок, и очень ценный, – подтвердила та. – А к ценным подаркам нужно относиться бережно… их нельзя ломать и портить, а лучше вообще не трогать руками…
В эту секунду ее мобильный телефон, поставленный на вибровызов, задрожал, как будто он тоже, как распаленный охранник, совершенно утратил терпение.
Это значило, что операция входит в завершающую фазу.
