– Я этого просто не вынесу! У меня уже начинается мигрень! Может быть, отдать ее в живой уголок какого-нибудь детского сада?
– Какая ты жестокая, Лолка! – с чувством воскликнул Леня. – Дети замучают бедную птицу! Ты бы еще предложила отнести ее в поликлинику для опытов…
– Паду ли я стр-релой пр-ронзенный!.. – истошно завопила птица, почувствовав, что решается ее судьба.
– Ты уверена, что это попугаиха? – с сомнением произнес Маркиз. – Репертуар у нее исключительно мужской… по-моему, в глубине души она – лирический тенор…
– Можешь не сомневаться! – припечатала Лола.
– Она баба, и я ее в своем доме не потерплю! И на ваши с Перришоном уговоры ни за что не поддамся!
Она перевела взгляд с Маркиза на Перришона и добавила, обращаясь к ним обоим:
– Имейте в виду – или она, или я!
– Тр-рагедия! Пр-роблема выбор-ра! – выкрикнул Перришон, всплеснув крыльями.
Леня попытался достигнуть компромисса.
– Лолочка, ты как драматическая актриса должна испытывать к ней родственные чувства. Все же опера – это тоже театр… вы с ней, можно сказать, коллеги, сестры по призванию…
– Нечего меня убеждать! Я уже все для себя решила!
И тогда попугаиха решила взять переговоры в собственные руки.
Если, конечно, можно говорить в этом случае о руках."
"– Добр-рая! Добр-рая! – проворковала она, слетела на Лолино плечо и заглянула ей в глаза. – Мир-р? Мир-р?
– Перемирие! – проворчала Лола. – Но только чтобы больше никаких оперных арий!
– Мар-руся хор-рошая! – выдала птица. – Мар-русеньке ор-решков! Сахар-рок!
– Ну вот! – обрадовалась Лола.
– А ты со мной спорил! Теперь мы точно знаем, что она попугаиха. И даже знаем, как ее зовут. Она сама представилась…
– Р-разрешите пр-редставиться – Пр-рохор Петр-рович! – пророкотала попугаиха густым мужским басом.
– Вот те на! – удивился Леня. – Так кто же ты – Маруся или Прохор Петрович?
Вдруг он осекся на полуслове:
– Прохор Петрович? – повторил он с каким-то странным выражением. – Не тот ли это Прохор Петрович, который…
– В чем дело? – насторожилась Лола.
За время совместной работы она научилась различать интонации своего компаньона и сейчас поняла, что тот чрезвычайно взволнован.
– Понимаешь, – Леня приблизился к попугаихе, не сводя с нее взгляда. – Кажется, эта разговорчивая особа кое-что знает о том деле, над которым мы с тобой работаем…
– Мы с тобой? – язвительно переспросила Лола. – Если мы работаем вместе с тобой, то почему я знаю об этом деле меньше, чем какой-то попугай!
– Попугаиха, – поправил ее Маркиз.
