Черты ее лица, вырезанного из одного куска дерева, скорее были грубыми. The whole thing had about it the look of a primitive corncob doll. Вся фигурка напоминала кукурузный початок. But the knowing hands that had carved the face, driven by God knows what sadness of their own, had caught within its planes a misery of existence that wrenched one's heart to see.Но нельзя было не понять, что умелыми руками, которые вырезали кукольное личико, двигала печаль — одному Богу известна ее причина! — и они изобразили на нем весь ужас бытия, и сердце сжималось, когда я смотрел на их создание.
Tuck slowly raised the doll in both his hands and clutched it tight against his breast. He looked from one to the other of us.Тэкк медленно поднял куклу и прижал ее к груди. Он переводил взгляд с одного из нас на другого.“Don't you see?” he cried at us. “Don't you understand!”— Неужели вы не видите? — крикнул он. — Неужели вы не понимаете?SIX6Night had fallen. The fire carved a magic circle of light out of the darkness that pressed in all about us.
Back of me I could hear the gentle creak as the hobbies rocked gently back and forth. Smith still sprawled limp against the wall.Пришла ночь. Костер высветил в темноте волшебный круг, который заставил всех нас придвинуться к огню. За спиной спокойно покачивались лошадки, тихо звеня полозьями. Смит безжизненно привалился к стене. We had tried to rouse him to give him food, but there was no such thing as rousing him. He was simply a sack, still with us in body, but certainly not in mind; his mind was somewhere else.
Мы сделали попытку поднять его и накормить, но ничто не могло привести его в чувство. Он лежал мешком, он был с нами телом, но не разумом. Его мысли унеслись далеко.Beside him leaned the metallic body of the mindless robot, Roscoe. And off a little ways sat Tuck with that doll of his clutched tight against his breast, not moving, with his eyes staring out into the darkness.Рядом с ним находилось металлическое тело неразумного робота. Поодаль сидел Тэкк.
Он крепко прижимал к груди куклу, уставившись в темноту.We were off to a damn poor start, I thought. Already the expedition had started to fall apart.Все начинается сначала, — подумал я. — Экспедиция распалась.“Where is Hoot?” asked Sara.— А где Свистун? — осведомилась Сара.“Off somewhere,” I said. “Prowling. He's a restless sort of being. Hadn't you ought to try to get some sleep?”— Где-то ходит, — ответил я. — Вынюхивает. Он никогда не устает.
