All Flesh is Grass

Сначала пусть Брэд расскажет нам все, что знает, а потом будете задавать вопросы.

— Что бы он ни сказал, все важно: мы ведь совсем ничего не знаем,  — поддержал Джо Эванс.

“OK,” said Higgy, “we'll be glad to listen.”

“But first,” said Hiram, “I want to know about that thing on the table. It might be dangerous. It might be a bomb.”

“I don't know what it is,” I said. “It has to do with time. It can handle time. Maybe you would call it a time camera, some sort of time machine.”

— Ладно,  — сказал Хигги.  — Послушаем.

— Сперва пускай объяснит, что это у него за штука на столе,  — заявил Хайрам.  — Может, она опасная. Может, это бомба.

— Я не знаю, что это такое,  — сказал я.  — Но оно связано со временем. Оно как-то управляет временем. В общем, это фотоаппарат времени, машина времени  — называйте как хотите."

"Tom Preston snorted and Hiram sneered again. Father Flanagan, the town's one Catholic priest, had been standing quietly in the doorway, side by side with Pastor Silas Middleton, from the church across the street.

Now the old priest spoke quietly, so quietly that one could barely hear him, his voice one with the lamplight and the dawn.

“I would be the last,” he said, “to hold that time might be manipulated or that flowers would have anything to do with what has happened here. These are propositions that go against the grain of my every understanding. But unlike some of the rest of you, I'm willing to listen before I reach a judgement.”

Том Престон пренебрежительно фыркнул, а Хайрам опять злобно ощерился.

Все это время в дверях стояли рядом отец Фленеген, единственный в нашем городе католический священник, и пастор Сайлас Мидлтон из церкви через дорогу. Теперь старик Фленеген заговорил  — так тихо, что едва можно было расслышать; голос его был слаб, как поблекший свет лампы и первые лучи рассвета.

— Я меньше всего склонен думать, будто кто-либо может управлять временем, а цветы как-то причастны к тому, что случилось у нас в Милвилле.

И то и другое в корне противоречит всем моим понятиям и убеждениям. Но, в отличие от некоторых из вас, я готов сначала выслушать, а уже потом судить.

“I'll try to tell you,” I said. “I'll try to tell you just the way it happened.”

“Alf Peterson has been trying to call you,” Nancy said. “He's phoned a dozen times.”

“Did he leave a number?”

“Yes, I have it here.”

— Постараюсь вам все выложить,  — сказал к.  — Постараюсь рассказать подряд все, как было.