— Святая Дева Мария, как мне нравится плита! Эшли будет в восторге от такой огромной плиты. Это моя кухарка, — внесла она ясность, стрельнув глазами в бодрячка.
Далее привередливой дамочке не понравился цвет панелей в холле.
— Непомерно тёмные, — заявила она во всеуслышание.
— Это настоящий дуб? — обернулась Ольга на Кадди. — Не дешёвая подделка? — гладила резную поверхность.
Мужчина поддакнул:
— Так и есть. Натуральное дерево.
— Изумительно!
Дамочка с досадой дёрнула мужа за рукав. Тот засопел:
— Дорогая, это в самом деле дуб и цвет должен быть таким.
Затем она прокомментировала белоснежную кафельную плитку в ватерклозете:
— Непрактично, — как припечатала.
Мымра! — мысленно обозвала её Ольга. Парировала воркующим голоском:
— При должном уходе современными чистящими средствами плитка прослужит не один десяток лет. Белый цвет — это так нарядно, невинно, волнующе…"
"— Вы плохо разбираетесь в житейских делах, — зашипела на неё дамочка.
— Я полностью полагаюсь на мужское мнение, — улыбнулась Ольга бодрячку и перевела взор на сдерживающего улыбку Кадди.
— Сильная половина человечества на то и дана нам, слабым женщинам, чтобы они стали нашей опорой и надеждой в жизни.
Дамочка в раздражении шагнула к двери и замахала рукой, едва не обжёгши руку о дровяной водонагреватель в ванной комнате.
Лестница на второй этаж показалась ей сверх меры крутой.
М-да, — не смогла не согласиться с ней Ольга. Знала бы она, что произошло полгода назад на этой самой лестнице. Интересно, дом с такой репутацией можно было бы продать?
— Вот и детская, — распахнул дверь Кадди, впуская посетителей, стараясь не смотреть на мадам.
Она раскраснелась и расстегнула накидку, изящным жестом приподняла упавшую на глаза вуаль на шляпке. Закивала:
— Merci… Я хотела посмотреть повторно… Не обратила внимание поутру… Теперь вижу, — залепетала вдохновенно, — здесь станут две кроватки. Очень хорошо. Много места для моих мальчиков, — подошла Ольга к окну. — Летом здесь должно быть очень тихо и деревьев много.
И внутренний дворик здесь чудесный. Вы не видели патио! — спохватилась она, махнув ридикюлем в сторону дамочки. — Рядом с домом нет ни сточных каналов, ни подземки. Темза далеко. Ветер относит смог в другую сторону. Два дня назад я смотрела дом на Брук-стрит, так знаете, — глянула она на бодрячка, убеждаясь, что он её внимательно слушает, — испугалась, когда под ногами задрожал пол. Я подумала, что началось землетрясение!
— Да бог с вами! — надменно хмыкнула дамочка.
