Он избегал смотреть в глаза женщины, которые она изредка останавливала на нём. Отвлекался то на горящий в камине огонь, то на блики солнца на оконном стекле, то изучал рисунок на ковре под ногами. Рассеянным взором блуждал по книжным полкам, возвращаясь к накрытому холстом фолианту на столе.
Лишь однажды Ольга наткнулась на его быстрый выразительный взгляд и поразилась мягкой и тёплой глубине бархатно-серых глаз, внезапно осознав их притягательную, губительную красоту.
— Получила высшее образование, вышла замуж, развелась, — торопилась она перевернуть печальную страницу своей жизни.
— Развелись? — встрепенулся Стэнли. — Позвольте узнать причину.
— Это не имеет отношения к будущим событиям, — отмахнулась Ольга.
— Как знать, — поддержал Мартин сына. — Вполне вероятно, что причина вашего путешествия во времени кроется именно в этом.
— Не хочу говорить о разводе. Замечу только, что к нарушению верности в супружестве он не имеет отношение, — не уступила она. Бередить душу болезненными воспоминаниями она больше не станет.
Его сиятельство уточнил, где и какое образование она получила. Пришлось отвлечься и рассказать о системе образования в двадцать первом веке, что побудило мужчин переключиться на уточнение непонятных терминов и определений. Их интересу не виделось конца. Одно цеплялось за другое. Беседа перетекла в иное русло, обещая затянуться до утра.
— Пожалуйста, остановитесь, — подняла Ольга руки, призывая лордов прервать нескончаемый поток вопросов. — Мы ведь не для этого здесь находимся.
Понимаю ваше любопытство, но о технологиях двадцать первого века можно говорить без конца. За сто пятьдесят лет наука шагнула далеко вперёд. К тому же я не во всех вопросах сильна. Поговорим об этом в другой раз.
Она собралась с мыслями и продолжила свой рассказ.
— Вот так я попала в тело Шэйлы, — закончила первую часть повествования. — В её бездушную оболочку. Лишь сохранившаяся память тела помогла мне выдать себя за другую женщину.
Мартин поставил локти на подлокотники, переплетя пальцы замком:
— Теперь многое в вашем поведении становится понятным.
Удивительно, что никто ничего не заподозрил.
— Вы заметили, — глянула она на него. — Слуги, Траффорд… Лорд Хардинг.
Стэнли потёр лоб:
— Я объяснил себе ваши странности употреблением лауданума.
Ольга улыбнулась:
— Тауни так вообще напрямик сказала, что я не миледи, а спрятавшаяся за её ликом старообразная фея.
— Она никому ничего не сказала, — подивился граф. — Даже Траффорду.
— Мы с ней договорились.
