Разрез чёрных глаз указывал на южноазиатское происхождение. Рядом стоящий немолодой блондин был значительно ниже её и слишком уж интимно, как показалось Ольге, обнимал чужую жену за талию.
— Линда Аддингтон, — едва слышно прочитала она.
— Ну да, не Воробьёва, — тут же подхватила Катя вполголоса, метнув взгляд на дверь, за которой Антон Дмитриевич обещал дочери скорую встречу и незабываемый сюрприз. — Таким не нравятся наши русские фамилии. А я бы с удовольствием стала хоть Гусевой, хоть Хрюшкиной, — сдавлено хихикнула она.
— С таким-то орлом.
Ольга украдкой вздохнула. Болела голова. После визита в банк по пути на фабрику она позвонила Валентине Павловне и спросила её о книге в яркой розовой обложке, возможно найденной ею на полу во время уборки библиотеки. Женщина кроме сломанной стремянки и старой толстой книги, которую положила на читательский стол, ничего не находила.
Ольга помнила, как держала в руках «Грозовой перевал» перед тем, как увидела книжку-малышку со стихами Байрона."
"— Губы накачанные и ноги кривоватые, — бубнила Катерина, приблизив лицо к монитору компьютера.
— Прикид, правда, шикарный, — со вздохом признала она. — И серьги, конечно, с брюликами. Слушай, — повернула голову к Ольге, — никак не могу понять, то ли они вместе, то ли каждый сам по себе. Мужик этот рядом с мадамой на всех фото.
От громкого щелчка тумблера внутренней связи, женщины вздрогнули. Голос руководителя показался излишне резким:
— Екатерина, свяжитесь с директором фирмы «Полюс-плюс» и отмените встречу на сегодня.
— Хорошо, Антон Дмитриевич, — елейным голоском отозвалась Катя. — Здесь к вам Ольга Егоровна, библиотекарь…
— Освобожусь через двадцать минут, — отключил связь директор.
— Я быстро вернусь, — поспешила Ольга к выходу, на ходу доставая из сумки ключ от библиотеки.
Она осмотрела столы, подоконники, заглянула в шкаф и под каждый стеллаж. Дважды медленно прошлась вдоль книжных полок, внимательно просматривая корешки изданий. Маломерного томика стихов лорда Байрона нигде не было. Он бесследно исчез, пропал!
Как в воду канул, — расстроилась Ольга.
Единственная ниточка, связывающая её с девятнадцатым веком, оборвалась. Возникла мысль об обратной стороне Вселенной, о параллельных мирах-близнецах, которые отличаются от объективной реальности хотя бы на одно событие. Грань между мирами так тонка, что постичь причины загадочных событий практически невозможно Нужно верить в это и Ольга верила. Поэтому, куда могла «провалиться» книжка, предполагать не стала.
