Николай с напускной демонстративностью жестом радушного хозяина указывает на дверь в стене неподалёку от ресторана. На двери маленькая табличка с надписью ""WC"".
— У вас пять минут, — заявляет он. И добавляет как-то зло: — И постарайтесь в этот раз уложиться. Не испытывайте моё терпение. Это в ваших же интересах.
А вот это уже похоже на прямую угрозу. Мудак.
Наверное, это просто последняя капля. Я и так под присмотром этого гаденько ухмыляющегося, похотливого барана, давилась едой на жаре. А теперь он мне ещё угрожает.
— И что вы мне сделаете, если я выйду позже? — прищуриваюсь я.
Он вдруг резко хватает меня за локоть и до боли сжимает пальцами.
Подтягивает к себе. Злобно сверлит глазами.
— Слушай, ты. Я тебе не нянька, врубилась?
Испепеляю его взглядом.
— Руку отпустите мою.
Он отбрасывает её и шипит:
— У тебя пять минут.
Стараясь сохранять достоинство и самообладание, напрявляюсь к туалету. На самом деле от страха меня просто мелко трясёт. Господи, куда я попала… И как мне теперь быть?
В туалете, аккуратном, чистом, приятно пахнущем освежителем и сверкающим дорогим мрамором, сперва мою руки и умываюсь холодной водой.
Смотрю на себя в зеркало. Капельки воды стекают по лицу. Как же мне сбежать-то отсюда? Как же мне сбежать?…
На правой руке красные пятна от пальцев Николая. Потираю её. Мудак просто. Ничего, ещё посмотрим, что скажет на это твой начальник, придурок.
Пару минут сижу на унитазе, обхватив голову руками. Мягкие волосы спутались из-за ветра, намокли из-за воды у лица, и я сейчас растрёпанная.
Но мне плевать. Куда больше меня волнует то, что у меня тут даже трусов нет и спать приходится в купальнике. Надо же было так вляпаться…
Понимая, что я тут уже задержалась, и не желая провоцировать Николая, заставляю себя выйти.
Николай уже не ухмыляется. Стоит, скрестив руки на груди, злобно смотрит на меня.
Кивает в сторону кормы.
— Вперёд.
Куда подевалась вся его показная вежливость? Ненадолго же его хватило.
Интонации теперь откровенно хамские.
Спустя минуту спускаемся на корму. Большая площадка задним краем чуть выше воды, за которой пенится белым вода. Яхта оставляет в синем море светлый, пенистый след, расходящийся в стороны.
С десяток шезлонгов, мини-бассейн, столики, аккуратно сложенные полотенца. Снимаю одно и, усевшись в шезлонг, разворачиваю и прикрываюсь, вытягивая ноги.
Николай садится на соседний шезлонг. Лицом ко мне, водрузив локти на колени.
