Алмазная академия

Не понимаю, почему он все бросил?

Близнецы промолчали. Не то тоже не понимали, не то не желали объяснять очевидное.

Вскоре мелодия сменилась на более веселую, начались танцы. Адамасы воодушевились, повставали со своих мест и зашарили взглядами по соседним столам в поисках подходящих партнерш. Обо мне тоже не забыли и попытались привлечь к веселью, но я сослалась на стертые ноги и осталась сидеть.

Стоит ли упоминать, что установка «не смотреть на дракона» была нарушена неоднократно?

Он расправился с ужином и с отрешенным лицом откинулся на спинку стула.

Лишь изредка прожигал меня таким взглядом, что внутри все переворачивалось и завязывалось узлами. Пару раз к нему подходили женщины и пытались заигрывать, но дракон обращал на них внимания не больше, чем на зудящего неподалеку комара.

Почему я никак не могу перестать думать о нем? Допустим, где-то под гномьим воспитанием я все-таки девушка впечатлительная и прониклась его историей. Еще и Веоран своим циничным замечанием масла в огонь подлил.

А тогда, на улице? И этот сон потом… Может, все дело в боли, затаившейся в черных глазах? Ему плохо, очень. А еще в том, что он принял меня за эту свою Виолетту.

Последнее стоило бы прояснить.

Страх снова обжег кожу, но я красочно представила очередной реалистичный сон и заставила себя встать. Ран танцевал с женщиной в алом платье и цветами в волосах, близнецы увивались за одной из служанок. Обо мне на время забыли. Что ж, почему бы и не сейчас?

До боли закусив губу, чтобы лучше ощущать реальность, я направилась в другой конец зала.

Туда, где сидел дракон.

Весь короткий путь он внимательно смотрел на меня, будто не веря, что правда иду к нему.

Когда же я оказалась перед его столом, недоверчиво приподнял брови.

И ничего не сказал, предоставив мне самой выбирать слова.

Мужчины! Хоть бы один попытался сделать жизнь женщины легче. Но почему-то даже самые необыкновенные из них предпочитают обратный процесс.

– Может, я и похожа на нее, но я не Виолетта.

 – Нужные слова все же нашлись. – Мне жаль.

Лицо дракона сделалось каменно-невозмутимым.

– Ты ни капли на нее не похожа, – выговорил он хриплым, будто со сна, голосом. – И тебе не жаль.

И, что самое паршивое, он прав. Почему мне должно быть жаль, что я не похожа на совершенно незнакомую драконицу?

– Но в прошлую нашу встречу вы… – Какое «вы», когда мы целовались?! – …ты обознался!..

Ривер издал горький смешок.

– Вета была яркой и теплой, будто солнце.