Онлайн-библиотека книг
Во-вторых, по чавкающей грязи комиссар передвигался без видимых усилий, да и прополка ему, похоже, была не в тягость – он то и дело останавливался и отдыхал, поджидая отставшего напарника. А самую большую зависть у Фандорина вызывал большой белый веер, которым запасся предусмотрительный японец. Дорого бы сейчас заплатил титулярный советник, чтобы хоть изредка обдать лицо движением воздуха, сдуть с него проклятых насекомых.
В соломенной шляпе, опущенной чуть не до подбородка, были проделаны две дырки, чтобы наблюдать за храмом, не поднимая головы.
Группа поддержки, из шести переодетых (а вернее, раздетых) полицейских, держалась на отдалении. Ещё одна работала с другой стороны, отсюда не видно.
Вице-интендант всё не появлялся, и Фандорин забеспокоился – сумеет ли разогнуться, когда наконец наступит время действовать? Осторожно помял рукой поясницу – та отозвалась ломотой.
Вдруг Иваока, не поднимая головы, тихонько зацыкал.
Началось!
По дорожке к храму шли двое: впереди степенно шествовал синтоистский жрец-каннуси в чёрном одеянии и колпаке, за ним семенила храмовая прислужница-мико в белом кимоно и алых шароварах, по сторонам её набелённого лица свисали длинные прямые волосы.
Перед лестницей каннуси остановился, окунул в миску веничек, стал махать им во все стороны, что-то напевая – это Суга приступил к обряду очищения. Усы у вице-интенданта, как и у Фандорина, свисали книзу, а кроме того, к подбородку его превосходительства ещё и приклеили длинную седую бородёнку.
Комиссар шепнул:
– Go!
Дозорный наверняка смотрит только на нежданного гостя, ему сейчас не до крестьян.
Стараясь не шлёпать по воде, Эраст Петрович двинулся к холму. Четверть минуты спустя оба уже были в зарослях бамбука. По лодыжкам титулярного советника стекала жидкая грязь.
Иваока поднимался по склону первым. Сделает несколько бесшумных шагов, прислушается, потом машет напарнику – давай, мол, можно.
