Алмазная колесница. Том 2

Он скрестил руки на груди и нарочно откашлялся, хотя «мастерица» и без того, разумеется, слышала, что «объект» уже здесь.

Перегородки разъехались в стороны. За ними, придерживая створки, стояла О-Юми – с раскинутых рук свисали широкие рукава кимоно, отчего женщина была похожа на бабочку. «Эффектно», – усмехнулся про себя Фандорин.

Лица куртизанки было не видно, лишь силуэт на серебряном, переливчатом фоне.

– Входи скорей! – позвал низкий хрипловатый голос. – Здесь так чудесно! Смотри, я распахнула окно, за ним пруд и луна.

Разбойник Цурумаки знает толк в красоте.

Но Эраст Петрович не тронулся с места.

– Что же ты? – она шагнула ему навстречу. – Иди!

Пальцы потянулись к его лицу, но были перехвачены твёрдой, затянутой в перчатку рукой.

Теперь ему было видно её лицо – невыносимо прекрасное, даже теперь, когда он уже всё знал.

Нет, не всё.

И Фандорин задал вопрос, ради которого пришёл.

– Зачем? – спросил он требовательно и строго. – Что вам от меня нужно?

Конечно, истинный профессионал поступил бы не так.

Прикинулся бы, что ни о чем не догадывается, что остаётся в роли болвана и простачка, а сам исподволь выведал бы, в чем состоит тайный замысел этой новоявленной Цирцеи, превращающей мужчин в свиней. Заодно и расплатился бы с нею той же монетой.

Эраст Петрович считал себя неплохим профессионалом, но притворяться перед притворщицей было противно, да и вряд ли получилось бы – непослушное сердце всё же билось сильней нужного.

– Я не так богат и уж тем более не так влиятелен, как ваш п-покровитель.

Никакими важными секретами не владею. Скажите, зачем я вам понадобился?

О-Юми выслушала его молча, не пытаясь высвободиться. Он стоял на деревянном полу, она на татами, поэтому их лица были почти вровень, разделённые всего несколькими дюймами, но Фандорин подумал, что ему никогда не понять выражения этих удлинённых, влажно поблёскивающих глаз.

– Кто ж знает ответ на этот вопрос? – тихо сказала она. – Зачем ты понадобился мне, а я тебе. Просто чувствуешь, что иначе не может быть, и всё прочее не имеет значения.

Не столько от слов, сколько от тона, каким они были произнесены, пальцы Фандорина утратили цепкость. О-Юми протянула освобождённую руку к его лицу, легонько коснулась щеки.

– Не нужно ни о чем спрашивать… И не пытайся понять – всё равно не получится. Слушайся своего сердца, оно не обманет…

«Обманет! Ещё как обманет!» – хотел воскликнуть титулярный советник, но по неосторожности встретился с О-Юми взглядом и уже не мог отвести глаз.