Онлайн-библиотека книг
Онокодзи лишь твердил, что требует немедленно известить токийскую полицию об аресте представителя высшей знати, двоюродного племянника четырех генералов, кузена двух министров, соученика двух императорских высочеств и прочая, и прочая.
– Япония не допустит, чтобы князя Онокодзи держали в иностранной кутузке, – заявил он напоследок.
«Он прав?» – взглядом спросил Фандорин у инспектора. Тот кивнул.
«Что же делать?»
– Скажите, сержант, у вас, наверное, очень много дел по переписке, отчётности, всякой документации? – спросил Асагава.
– Да нет, не очень, – удивился Локстон.
– Ну как же, – с нажимом произнёс инспектор. – Вы отвечаете за целый Сеттльмент. Тут живут граждане пятнадцати государств, в порту столько кораблей, а у вас всего две руки.
– Это да, – признал сержант, пытаясь понять, куда клонит японец."
"– Я знаю, что по закону вы обязаны сообщить нам об аресте японского подданного в течение двадцати четырех часов, но вы ведь можете и не уложиться в этот срок.
– Могу. Дня два-три понадобится.
– Стало быть, денька через четыре я получу от вас официальное извещение. У меня тоже очень много дел. Нехватка штатов, еле справляюсь. Пока доложу в департамент, может миновать ещё дня три…
Онокодзи прислушивался к этому разговору со всё нарастающим беспокойством.
– Послушайте, инспектор! – вскричал он. – Но вы и так уже здесь! Вы знаете, что я арестован иностранцами!
– Мало ли что я знаю. Я должен быть извещён об этом официально, согласно предписанной процедуре, – наставительно поднял палец Асагава.
Титулярный советник решительно не понимал, что означает этот странный манёвр, но отметил, что лицо арестанта странно задёргалось.
– Эй, дежурный! – крикнул сержант. – Этого в камеру. Да пошлите в бордель за его одеждой.
– Что нам даст эта проволочка? – вполголоса спросил Фандорин, когда князя увели.
Асагава ничего не ответил, только улыбнулся.
* * *Снова была ночь. Снова Эраст Петрович не спал. Он не мучился бессонницей, сон словно бы перестал существовать, в нем отпала потребность.
