Онлайн-библиотека книг
Да, в часах рычага быть не может, размышлял Фандорин. Станет уборщик вытирать пыль, заденет. Или часовщик, отвечающий за завод и корректировку…
– У меня квадраты кончились, – упавшим голосом сообщил инспектор. – Что делать? Попробую ещё раз…
Час сорок две. Где же может быть рычаг? Под обоями и плинтусами нет. В книжном шкафу тоже. Картины Асагава тоже приподнимал… Внезапно Эраст Петрович замер.
– Скажите, вы портрет императора трогали?
– Что вы! Как можно? – Инспектор даже вздрогнул от столь кощунственного предположения.
– Но ведь пыль с него кто-то стирает?
– Эту священную обязанность может исполнять только хозяин кабинета, со всей подобающей почтительностью. У меня в участке никто не посмел бы касаться руками августейшего портрета, что висит над моим столом. Пыль с лика государя вытирают утром, едва придя на службу. Особой шёлковой тряпицей, предварительно поклонившись.
– Понятно. Ну так я покажу вам, как открывается т-тайник.
Титулярный советник взял стул, поднёс к стене, влез, уверенно взялся за портрет руками.
– Вот так, – промурлыкал Эраст Петрович, качнув раму влево. Ничего не произошло. – Ну, тогда вот так.
Качнул вправо – опять ничего. Фандорин потянул портрет на себя. Дёрнул кверху, книзу. Наконец, вообще перевернул вверх ногами. Бедный инспектор только постанывал.
– Черт! Неужели ошибся?
Эраст Петрович снял императора, постучал по стене. Звук был глухой.
В сердцах привесил портрет обратно – тот эпатированно закачался.
Молодому человеку сделалось стыдно. Не за ошибку, а за то, с какой снисходительной величавостью он давеча протянул своё «поня-ятно». Луч фонарика скользнул по обоям, осветил сверху поперечную перекладину распятья.
У титулярного советника перехватило дыхание.
– Скажите, а кто протирает к-крест? Тоже хозяин кабинета?
Фандорин соскочил на пол, передвинул стул поближе к распятью. Снова вскарабкался.
– Конечно. Уборщик не посмел бы. Он знает, что это священный для вашей религии предмет.
– Угу. Оно и видно…
Символ христианской религии явно пользовался у интенданта меньшим почтением, чем портрет императора Муцухито – на чёрном дереве скопился тонкий слой пыли.
Эраст Петрович попробовал сдвинуть распятье с места – не вышло. Посветив получше, увидел, что крест не привешен и не вбит, а как бы немного утоплен в стене. Странно! Значит, для него сделана специальная выемка?
Попытался вытянуть. Не удалось. Тогда нажал.
