Алмазная колесница. Том 2

Эраст Петрович вспомнил легенду о том, как великий Момоти Тамба подстрелил фальшивую луну, но титулярному советнику сейчас было не до древних преданий.

Кидаться на врага было бессмысленно – Фандорин слишком хорошо запомнил две предыдущие схватки с дзёнином, закончившиеся самым унизительным образом. Когда противник во сто крат сильнее, у человека, обладающего достоинством, остаётся лишь одно оружие – присутствие духа.

– Зачем ты похитил О-Юми? – спросил Эраст Петрович, изо всех сил стараясь придать лицу бесстрастность (после только что перенесённого потрясения это было трудно).

Кое-как уселся на полу, потёр разбитый кулак. Люк, в который свалился Фандорин, уже захлопнулся – над головой желтел дощатый потолок.

– Я её не похищал, – спокойно ответил старик на своём ломаном, но вполне понятном английском.

– Лжёшь!

Тамба не обиделся, не рассердился – сонно полуприкрыл веки.

– Ложь – моё ремесло, но сейчас я говорю правду.

Не вышло у Эраста Петровича с бесстрастием – охваченный внезапным приступом слепой ярости, он рванулся вперёд, схватил старикашку за тощую шею и затряс, уже не помня, что дзёнин может парализовать его одним прикосновением пальца.

– Куда ты дел Юми? Где она?

Тамба не сопротивлялся, его голова моталась на тщедушных плечах.

– Здесь. Она здесь, – услышал Фандорин и отдёрнул руки.

– Где «здесь»?

– Дома. Мидори ждёт тебя.

– Какая ещё Мидори? – напряжённо сморщил лоб титулярный советник. – Где моя Юми?

Старик, как ни в чем не бывало, заглянул в трубку, увидел, что табак высыпался, и заложил новую щепотку.

Надувая щеки, разжёг огонь и только тогда сказал:

– Её настоящее имя Мидори. Она моя дочь. И я её не похищал. Попробовал бы кто-нибудь такую похитить…

– А? – вот и всё, что смог вымолвить сражённый Фандорин.

– Она всё решает сама. У неё отвратительный характер. Я мягкий отец, она вертит мной как хочет. Настоящий Тамба такую дочь убил бы.

– В каком смысле «настоящий Тамба»? – Вице-консул отчаянно тёр лоб, пытаясь собраться с мыслями. – А ты кто?

– Я его преемник в одиннадцатом колене.

 – Дзёнин показал трубкой на портрет воина в рогатом шлеме. – Я обычный, слабый человек, не то что мой великий предок.

– К черту г-генеалогию! – воскликнул Эраст Петрович. – Где моя Юми?

– Мидори, – снова поправил одиннадцатый Тамба. – Она правильно сказала про тебя: ты полузрячий, короткокрылый, полуспелый. Взгляд острый, но проникает недалеко. Полет стремительный, но не всегда точный. Ум острый, но не глубокий.