Онлайн-библиотека книг
Подлый старик немедленно этим воспользовался – вторым локтем ударил Фандорина по шее, и опять совсем несильно, но у молодого человека подогнулись колени. Он рухнул навзничь и с ужасом почувствовал, что не может пошевелить ни единым членом.
Это было похоже на кошмарный сон!
Ужаснее всего был жёсткий, пылающий взгляд старика, казалось, проникавший поверженному вице-консулу в самый мозг.
Страшный старик наклонился, и здесь произошло самое невероятное.
Он наконец выпростал руки из рукавов.
В правой, ухваченная за шею, разевала пасть змея – серо-коричневая, с блестящими капельками глаз.
Лежащий замычал – на большее сил у него не было.
Змея плавно заструилась из рукава, пружинисто упала Фандорину на грудь. Он почувствовал на коже – там, где был расстегнут ворот, – холодное и шершавое прикосновение.
Очень близко, в нескольких дюймах от лица, закачалась ромбовидная головка. Эраст Петрович слышал тихое, прерывистое шипение, видел острые клычки, раздвоенный язычок, но не мог сдвинуться ни на волос.
Раздалось странное пощелкиванье – этот звук издавал старик, будто побуждая рептилию поторопиться.
Пасть качнулась к горлу Фандорина, и он поскорей зажмурился, успев подумать, что не может быть ничего страшнее этого ужаса. Даже смерть станет благословенным избавлением.
Прошла секунда, другая, третья.
Эраст Петрович открыл глаза – и не увидел перед собой змеи.
Но она была здесь, он чувствовал её движения.
Кажется, гадина вознамерилась поудобней устроиться у него на груди – свернулась клубком, хвост пролез под рубашку и щекотно заелозил по рёбрам.
Фандорин с трудом сфокусировал взгляд на старике – тот по-прежнему в упор смотрел на парализованного, но что-то в глазах-угольях изменилось. Теперь в них, пожалуй, читалось удивление. Или любопытство?
– Эраст Петрович! – донеслось откуда-то издалека. – Фандорин! Ничего, если я войду?
То, что произошло далее, не заняло и секунды.
Старый японец в два бесшумных прыжка оказался у окна, подскочил, перевернулся в воздухе, в полёте опёрся одной рукой о подоконник, и исчез.
Тут на пороге возник Всеволод Витальевич – в панаме, с тросточкой, готовый к пешеходной экскурсии.
По шее Фандорина пробежали колкие мурашки, он обнаружил, что может повернуть голову.
Повернул, но старика уже не увидел – лишь покачивалась занавеска.
– Эт-то ещё что такое? Гадюка! – закричал Доронин. – Не двигайтесь!
Змея перепуганно метнулась с груди Эраста Петровича в угол комнаты.
