Онлайн-библиотека книг
– Современный йокогамец теперь живёт так: по телеграфу заказывает билеты в театр, садится в поезд и через час с четвертью уже смотрит спектакль Кабуки!
– Хорошо хоть К-Кабуки, а не оперетку… – Новоиспечённый вице-консул мрачно разглядывал набережную. – Послушайте, а где японки в кимоно, с веерами и зонтами? Я не вижу ни одной.
– С веерами? – усмехнулся Всеволод Витальевич. – Сидят по чайным домам.
– Это такие туземные кафе? Там пьют японский чай?
– Можно, конечно, и чаю попить. Заодно.
– Нет-нет, – заявил Фандорин. – Я п-принципи-альный противник продажной любви, а публичные дома почитаю оскорблением как для женского пола, так и для мужского.
Всеволод Витальевич с улыбкой покосился на вторично покрасневшего спутника, но от комментариев воздержался.
Эраст Петрович поскорее сменил тему:
– А самураи с двумя мечами? Где они? Я столько о них читал!
– Мы едем по территории Сеттльмента. Из японцев здесь дозволяется жить только приказчикам да прислуге. Но самураев с двумя мечами вы теперь нигде не увидите.
– Какая жалость!
– О да, – осклабился Доронин. – Вы много потеряли. Это было незабываемое ощущение – пугливо коситься на каждого ублюдка с двумя саблями за поясом. То ли мимо пройдёт, то ли развернётся, да и рубанёт наотмашь. У меня до сих пор привычка – когда иду по японским кварталам, всё назад оглядываюсь. Я, знаете ли, приехал в Японию во времена, когда здесь считалось патриотичным резать гайдзинов.
– Кто это?
– Мы с вами. Гайдзин значит «иностранец». Ещё нас тут называют акахигэ – «красноволосые», кэтодзин, то есть «волосатые», и сару, сиречь «обезьяны». А пойдёте гулять в Туземный город, детишки будут вас дразнить, делая вот так. – Консул снял очки, оттянул пальцами веки кверху и книзу. – Это значит «круглоглазый», считается очень обидно. Ничего, зато больше не режут почём зря. Спасибо микадо, разоружил своих головорезов.
