Алмазное ассорти

– Ленечка, милый, Сикейрос – это мексиканский художник, очень известный! Там рядом еще улица Есенина, так ты его тоже не знаешь? Это поэт такой был…

– Есенина я знаю, – обиделся Леня. – „Шаганэ ты моя, Шаганэ!“ и еще что-то про старушку, которая ходит в старомодном ветхом шушуне… Лолка, а что такое шушун?

– Не знаю. – Лола рассердилась, что он ее поймал. – Ну, ты будешь слушать, что я узнала?

Маркизу слушать не хотелось, ему хотелось есть. Он демонстративно втянул носом воздух, и Лола помчалась на кухню. Зайца удалось спасти, он как раз дошел до кондиции.

Когда все семейство наелось до отвала и попугай, сидя на полу, доклевывал последние миндальные орехи из пирога, Леня сыто вздохнул и спросил наконец:

– Ну как твой поход в эту самую школу совершенствования?

– Все там уроды и жулики! – выпалила Лола. – И говорить о них не хочу! Только деньги с людей тянут! Но за Аленой ухлестывал там один такой… Пак…

– Как? – удивился Леня.

– Не как, а Пак, кореец. Акулина говорит, что интересный мужчина, хоть и кореец, может произвести впечатление на одинокую женщину… В общем, окрутил он Алену, понятно, что только такая дура, как Акулина Курочкина, могла подумать, что у них роман.

– Ладно, теперь меня слушай! – и Леня долго расписывал свои сегодняшние приключения.

– Никакой он не кореец, а якут! – втолковывал Леня. – Это он маскируется!

– С ума сойти, алмазная шахта! – Лола не слушала и смотрела на Леню блестящими глазами. – Прямо как у Хаггарда или у Буссенара! Сколько же там алмазов?

– Это не роман, а реальная жизнь, – нахмурился Маркиз, – людей за эту шахту убивают.

– Зато я знаю, как его найти, этого корейца, то есть якута! – обиделась Лола. – Фирма „Быстрый переезд!“ Как-то он с ними связан, раз ездит на их машине!

– Точно, ты молодец, – смягчился Маркиз, – завтра поразведаю там, как и что…

Напоследок Лола, посмеиваясь, рассказала ему про гуру, кем он был раньше.

– Умеют же люди устраиваться! – покрутил головой Леня.

С утра Маркиз снова безуспешно звонил заказчице, однако звонок его все время сбрасывали. Леня разозлился и хотел было все бросить, но чувство долга взяло верх, и он решил пообщаться с упрямой бабой напрямую.

С этой целью он поехал в ювелирный магазин, который принадлежал фирме Стрешневой, там же был у нее и офис. Леня поспел к самому открытию, к одиннадцати.

В магазине было пусто, охранник у двери читал газету, лениво позевывая.