Альпийский узел

– И вот что интересно, командир, – заявил во время перекура капитан Зинченко, – одинокая женщина и семейная чета отрицают свою осведомленность уверенно, естественно, и это похоже на правду. А вот одинокий бирюк Рихлер ведет себя подозрительно. Самое интересное, когда они впервые глядят на фото. Нужно смотреть на лица, это впечатление самое верное. Не бегают глаза, не учащается дыхание – значит, не врут. А вот Рихлер… Я могу, конечно, ошибаться. Но глазки у него блуждают, и отвечает он раньше, чем рассмотрит фотографию.

Я сразу подметил ненормальную реакцию. А еще он уточнил: этот парень точно мертв? Я подтвердил, и он явно выразил облегчение. То есть порадовался новости, что этот парень мертв. Возможно, он что-то знает. У тебя опыт побогаче, командир, может, сам его допросишь?

При чем здесь опыт? Рихлер занервничал, когда его жилище снова навестили оперативники, да еще во главе с суровым майором. Он побледнел, забормотал, что в пятый раз может сказать только то, что уже говорил! И незачем постоянно к нему ходить! Мужчина вел себя странно, очевидно, сдавали нервы.

Гордин пристально смотрел в его глаза, и тот не находил себе места.

– Не буду вам показывать фото, – тихо сказал Андрей. – Вы понимаете, о ком речь, и не будем продолжать этот театр. То есть вы настаиваете: человека с фото вы никогда не видели?

– Не видел, – замотал головой Рихлер. – Оставьте меня в покое…

– Ваше упрямство поражает. Но глаза выразительно говорят за вас. Давайте начнем заново, господин Рихлер. Вы видели этого человека? В случае правильного ответа обойдемся без ареста и конфискации в пользу Красной армии содержимого вашего тайного погребка.

Последний аргумент оказался ударным. Мужчина изменился в лице – стал преображаться в библейского старца, обреченного на вечные страдания.

– Позвольте еще раз посмотреть фото? – сказал он дрогнувшим голосом. Офицеры украдкой заулыбались, Андрей предъявил снимок.

– Да, вы знаете, я его, кажется, вспомнил… Прошу учесть, я только сейчас вспомнил.

И как же я сразу не сообразил…

Вернувшаяся память заработала неплохо. Господина, похожего на Алоиса Хубера, Рихлер видел три дня назад (на чем он убедительно настаивал – не два и не четыре, а именно три), поскольку именно в этот день он ходил на заводик чем-нибудь поживиться. Там остались никому не нужные детали, узлы и просто никчемные железки, которые можно использовать в хозяйстве! Этот господин быстрым шагом шел от заводика к деревне и смотрел по сторонам.