Альпийский узел

В чем состояли ее обязанности в агентурной сети (если состояли), оставалось загадкой. В город прибыли Несмелов и Зинченко – голодные, злые, замерзшие. Булычев и Лапчик без энтузиазма заступили на пост.

В 11 утра в здание магистрата вошел Себастьян Курц и снова поинтересовался: нет ли для него работы? Андрей задумался. Интуиция подсказывала, что этот побитый жизнью австриец не может быть гитлеровским шпионом. В противном случае он ничего не понимает в жизни и своей работе.

– Феликс и Тобиас с вами, товарищ Курц? – спросил майор.

– Да, товарищ майор, они сидят в коридоре.

– Вы уверены в них?

– Обижаете, товарищ майор… – Курц немного расстроился.

– Хорошо, доверяю вашему выбору. Есть работа, товарищ Курц – на этот раз серьезная и ответственная. Провалите задание – дальнейшего сотрудничества у нас не получится.

Он вышел в коридор, поставил людям задачу. По-прежнему никакого оружия, оно и не потребуется. Задача архиважная. Молодые люди сделали уши торчком, заблестели глаза. Слушали внимательно, но удивленно переглядывались.

– Мои люди занимаются этим делом вторые сутки, – добавил Гордин, – они нужны мне здесь. Моя группа понесла большие потери. Не нравится задание – поищем других помощников. А вам, товарищи, отныне будет заказана дорога во властные структуры возрожденной Австрии.

– Ни в коем случае, товарищ майор, – испугался Курц. – Мы ответственно отнесемся к выполнению любого вашего задания. Но вы должны нам дать подробные инструкции.

Эта троица отработала на отлично! Капитан Зинченко отвез их в окрестности Тильгау, забрал дежуривших офицеров.

Сомнения оставались: что он знал об этих людях? Фактически ничего. Пусть они и готовы помочь – у них ни опыта, ни умения, ни нужных навыков. На всякий случай Гордин оставил в лесу под Тильгау лейтенанта Маркушу с четырьмя бойцами – если что, помогут.

"Но надежды на успех уже не было. Не факт, что Хелена – член агентурной «паутины». Просто обстоятельства так сошлись. А если и враг – где гарантия, что она приведет их к тайнику? Координаты схрона она, скорее всего, не знает. Могла почувствовать слежку – тогда из дома не выйдет. А может, ей и не надо никуда идти, сделала все, что могла?

Майора терзали сомнения и противоречия.