Алтын-Толобас

Ну а уж Корнелиус фон Дорн и подавно к Иоанну Грозному отношения иметь не мог – он ведь жил на целый век позже. Нет, в письме речь идет о какой-то другой «Ивановой Либерее». Эти твои кладоискатели – невежи и дилетанты, они пали жертвой заблуждения.

– За лекцию спасибо, – ответила на это Алтын. – Похоже, что фенька про библиотеку и правда туфтовая. А вот к невежам и дилетантам на твоем месте я отнеслась бы посерьезнее. Как бы ты сам не пал жертвой их заблуждения. Мы ведь с тобой не знаем, до какой степени у них на этой Либерее поехала крыша – похоже, совсем соскочила со стропил.

Допустим, один из них – Большой Coco. Но есть и кто-то другой, с которым Coco бодается и на которого трудился покойный Каэспешник…

Она включила чайник, наполнив его нефильтрованной водой прямо из-под крана (Николас поёжился, но промолчал), и упорхнула в комнату.

– Не ходи сюда, я переодеваюсь! – крикнула она через открытую дверь. …Значит, так. Сейчас выпьем чаю, жрать всё равно нечего, и я мылю в редакцию.

Попробую выяснить, что за фрукт этот твой Каэспешник. Точнее, уже сухофрукт, потому что после встречи с абреками Большого Coco он вряд ли остался в лоне живой природы. А ты, историк, сиди тихо, шевели мозгами. Может, еще что-нибудь из письма выудишь. В холодильнике полный дзэн, придется потерпеть. Считай, что ты в стране Третьего мира, где свирепствует голод. Я на обратном пути заскочу в магазин, чего-нибудь прикуплю. Смотри: на улицу ни ногой. И к окнам не подходи.

* * *Через минуту после того, как стремительная лилипутка, не присаживаясь, в два глотка выпила чашку кофе, Николас остался в квартире один.

Тоже попил кофе (без сливок и сахара), рассеянно сжевал горбушку черствого хлеба, щедро оставленную хозяйкой, и стал, как ведено, шевелить мозгами. Кажется, общий контур событий начинал понемногу прорисовываться сквозь туман.

Кто-то – назовем его господин Икс – узнал о документе из кромешниковского тайника. Заинтересовался упоминанием об «Ивановой Либерее», вообразил, что речь идет о мифической библиотеке Ивана Грозного и что в ополовиненном письме содержится ключ к этому бесценному сокровищу.

Вернее, фрагмент ключа, потому что левая часть письма отсутствовала. Не было в кромешниковской половине и подписи, так что зацепиться Иксу было не за что.

Прошло три года, и господин Икс откуда-то узнал о статье некоего британского историка, которая сразу же заставила вспомнить кромешниковскую находку.