Алый король

Как только Йасу последовал за Гирлотниром, наверху бешено завыл ветер. Вскинув голову, агент увидел, что в воздухе на уровне камер бушует вьюга. В затянувшей весь этаж морозной дымке сближались нечеткие силуэты; они сошлись, раздался грохот легионных доспехов.

Сверкнули пурпурные молнии, завыли угольно-черные фантомы волков. Рокотали выстрелы, лязгала сталь, рычали бойцы, металл скрежетал по металлу. Нагасена ринулся вверх, перепрыгивая по три ступени разом и рывком поворачивая на площадках между маршами.

Лестница покрылась изморозью, и Йасу, несколько раз поскользнувшись на обледенелых участках, вынужденно замедлил бег.

Завернув на последний пролет, Нагасена выхватил волкитный пистолет с серебряной отделкой — оружие, более чем способное уложить легионера. Последний раз агент стрелял из него в Лунного Волка, который ныне вернулся на службу Императору.

Йасу отчетливо почувствовал на губах горький вкус прокисшего молока. Имперцы надеялись, что в построенных чужаками стенах Камити-Соны враги лишатся пси-способностей, но судьба распорядилась иначе.

По коридору и обломкам расколотого парапета ползли коронные разряды. Над полом висела пелена мерцающего тумана, и от каждого вдоха у Нагасены кружилась голова.

В широкой галерее повсюду валялись куски тел. Никто не сосчитал бы трупов — настолько неистовыми были убийцы. Агенту попадались на глаза обломки костей, торчащие из рваных лохмотьев плеча; разрубленные шлемы, из которых текла ярко-алая влага и размозженные мозги; груды растоптанных кишок и фрагменты брони, разорванной голыми руками.

Ни один из множества фрагментов плоти, лежащих в лужах крови с резким химическим запахом, не принадлежал космодесантникам Шестого.

Хотя битвы между легионерами всегда превосходили в жестокости даже самые беспощадные схватки между смертными, при виде подобной свирепости Йасу почувствовал себя запятнанным. Казалось, он заплатил за союз с фенрисийцами частичкой своей души.

Нагасена побежал по уровню камер туда, откуда доносились племенные боевые кличи и грохот стрельбы.

Стены вокруг него, прежде гладкие, покрылись воронками от разрывов болтов и напоминали прибрежные утесы, а пол был скользким от крови и тающего льда.

Как только агент вбежал в густую дымку, зал сотрясся от чудовищных раскатистых ударов, похожих на непрерывный звон исполинского колокола. Оступившись, Йасу упал на одно колено.

В этот же миг туман как будто вздрогнул, и что-то вылетело из него.