Алый король

Да, мы — простое, прямолинейное братство, но все же входим в Тысячу Сынов. При создании нашего культа магистры Мемфий и Кайтега не набирали в него глупцов. Понятно, впереди у нас тяжелое странствие, но меня тревожит то, что я не вижу дороги.

— Поверь, брат, корвидов это тревожит сильнее.

Толбек весело хмыкнул, и его смешок прозвучал настолько несообразно обстановке, что все легионеры замерли. Ариман вдруг ощутил братское родство с ними — чувство, почти забытое им после Никейского Совета.

Похоже, остальные испытывали то же самое.

— Славное мы воинство, а? — произнес адепт Павонидов. — Генные мастера превратили нас в братьев, необходимость сотворила из нас воинов, по капризу измены мы стали соратниками. Кому могло бы прийти в голову собрать из нас отряд для спасения легиона?

— Нашему отцу, — сказал Азек, подав руку Хатхору. — И я полностью согласен с ним. Все мы здесь, все братья, связанные судьбой до самой смерти. И я готов умереть за любого из вас.

Маат не принял руку Аримана и просто сказал:

— А я — за любого из вас, братья.

— Как и я, — заключил Толбек.

Аримана занимал и более важный вопрос: почему он завел разговор о братстве, хотя на самом деле не чувствовал ничего подобного? Здесь действовала некая утонченная сила, которая исподволь сглаживала острые края жесткой психики воинов.

Азек решил не радоваться заранее, помня, какое разочарование пережил, когда они вернулись из Камити-Соны без фрагмента души своего прародителя.

— Меня вот что интересует… — начал Хатхор, оборвав цепочку размышлений корвида.

— Кому-нибудь известно, когда именно наш отец и Пертурабо приходили сюда? Они ведь исследовали эти горы вместе, так? Искали то самое место, где мы сейчас находимся.

— Верно, — подтвердил Ариман. — Но примарх не называл мне конкретных дат, только упомянул, что они прибыли сюда после сожжения перерабатывающих комплексов Йеселти. Пожар распространился на эту гору, и весь хребет пылал еще несколько десятилетий.

— Может, подождем примархов здесь? — предложил Маат. — Попробуем известить их о том, что случится в будущем.

— А они нам поверят? — бросил Толбек.

— Если кто и поверит, то лишь они.

Азек остановился и покачал головой.

Хатхор Маат кивнул, но Ариман понял, что павонида все так же привлекает идея изменения картины грядущего.

Астартес спускались к сердцу горы еще час, пока наконец не добрались до глубочайшего подземелья.