Алый король

Очевидно, он что-то забыл или не учел какой-либо решающий фактор. Какая-то крошечная неточность в базовой подготовке критично повлияла на исход обряда.

Так или иначе, с анализом придется подождать.

Десантная аппарель неохотно опустилась, и в корабль ворвались жаркие, гонящие песок ветра. В сумеречном небе сражались молнии; Ариман почувствовал вкус озона и запах горелого металла, ощутил на языке сухой человеческий прах.

При виде разрушенной Тизки у легионера защемило в груди.

По истерзанной бурями пустоши, покрытой черной пылью, были разбросаны изъеденные ржой развалины — пирамиды братств, заброшенные руины, где обитали призраки воспоминаний о гибели города.

После колдовского перемещения с Просперо их взаимное расположение изменилось. Раньше каждое исполинское здание находилось в собственном районе, но сейчас они сбились в кучу, словно решили умереть вместе.

Над всеми ними возвышалась пирамида Фотепа.

Даже разгромленная, она сохранила величие.

Обнаженный стальной каркас двухкилометровой высоты покорежился и смялся во время беспощадной переброски.

Что примечательно, большая часть стекол уцелела, и теперь сверкающие прозрачные клинки, прикипевшие к скелету строения, отражали тошнотворные блики заточенного в здании света.

Кроме пирамид, после гибели Просперо здесь возникли и другие сооружения, но их уже замело грудами золы и стонущего пепла, из которых торчали лишь выветренные обломки мраморных колонн.

Азек представил себе прежнюю Тизку. Перед его мысленным взором возник залитый солнцем мегаполис из отполированного камня и стекла, просвещенный и преуспевающий город, населенный десятками тысяч образованных, здоровых и довольных жизнью людей.

Ариману вспомнились продуктовые рынки на площади Оккулюм, где пахло свежей жареной дичью с горных склонов, медовыми чаями и всевозможными специями, вручную собранными в экваториальном поясе Просперо.

Образы прошлого потоком хлынули в сознание воина.

Вот он делится свежей выпечкой с Лемюэлем в «Войсане» на улице Тысячи Львов.

Медитирует в бескрайнем парке Фиоренто, глядя на отражение вечернего солнца в океане.

Помогает жителям Тизки развить латентные пси-способности, делясь с ними советами и добиваясь взаимного доверия. Возвышает людей, показывая им мир за пределами пяти земных чувств.

Все погибло. Все разрушено палачами с Фенриса.

— Похоже, сюда призвали не только нас, — заметил Менкаура. Прошагав по десантной аппарели, он встал рядом с Азеком.