По пути увидел висящий на спинке стула белый лиф и, не останавливаясь, подхватил его второй рукой.
Осторожно, чтобы не расплескать воду, влез на кровать, и, замер над тихо посапывающей Валерией.
— Лера! — позвал я, а затем повторил имя громче: — Лера! Поднимайся!
— Ну чего тебе надо? — лениво пробурчала она, приоткрыв один глаз.
— Выпей это! Сейчас! — потребовал я и, сунув ладонь под спину девушки, стал приводить её в вертикальное положение.
Кое-как растормошив сонную Леру, я заставил её выпить весь стакан до дна.
Сейчас ей нужно больше жидкости. А растворённое в ней средство сделает остальное, свяжет токсины и быстро приведёт организм в норму.
— Какая гадость! — отрыгнув газы, сказала Валерия. — Что-то мне нехорошо.
— Ещё бы! Но ничего, скоро полегчает! Надевай! — сказал я и протянул девушке её нижнее белье, а сам слез с кровати."
"Развернувшись ко мне спиной, Лера стащила с себя топик. Накинула лямки лифа на плечи, приложила его чашечки к груди и, кряхтя, пыталась застегнуть на спине застёжку.
Недолго понаблюдав за напрасными потугами, я поставил пустой стакан на стол и, оперевшись одним коленом на кровать, помог Лере сцепить лямки. Взял в руки её вывернутый на изнанку топ и привёл его в надлежащий вид.
— Подними руки! — сказал я.
Обернувшись на меня, Лера украдкой взглянула в мои глаза и послушно подняла обе руки. А я надел на них топ и опустил его на законное место.
— Спасибо! — смущённо прошептала Валерия.
— Теперь ложись! — сказал я.
Достал подушку и сунул её под грудь девушке.
Обняв мягкую подушку двумя руками, Лера удобно легла на бочок. Вот так правильно. Не хотелось бы, конечно, чтобы она испортила мне новый матрац. Но надеюсь, её не вырвет. А если вырвет, то, по крайней мере, теперь Лера не захлебнётся.
— Она пахнет тобой! Такая вкусная! — уткнувшись носом в край подушки, пробормотала Валерия, словно в бреду, и сильнее прижала её к себе. — Зачем ты меня прогоняешь?..
— Что это с ней? — раздался голос Катюхи из дверей комнаты.
— Что-что… Перебрала твоя подружка! — улыбнувшись, спокойно ответил сестре я. — Всё. Оставь её. Пусть поспит. Я дал ей шипучку от похмелья. Ты сама как?
— Уже лучше, — ответила Катя, улыбнулась и, подняв глаза к потолку, помотала головой в стороны.
Подталкивая сестру за талию, я вышел в гостиную. Облюбовав диван, Рома с Мариной продолжали отношения уже в горизонтальной плоскости. А на кухне шла какая-то нездоровая возня.
