Алый флаг Аквилонии. Итоговая трансформация [СИ]

.. но не более того.

И вот первой на травку прибрежного луга первой сходит Амелия Эрхарт, настороженно оглядываясь по сторонам, а следом морпехи принимаются вытаскивать экипаж ДБ-А и раскладывать тела рядком в тенечке, попутно освобождая их от меховых полярных комбинезонов: иное при температуре плюс двадцать пять в тени было бы весьма негуманной пыткой. Скоро действие парализатора закончится, и тогда то ли спасенные, то ли похищенные начнут приходить в себя для последующего нелегкого разговора. В последнюю очередь челнок покидает его команда, и американская летчица-рекордсменка вздрагивает, наконец-то при свете дня разглядев темных эйджел с близкого расстояния.

Еще бы тут не вздрогнуть: у них иссиня-черная кожа, какой не бывает ни у одной негритянки, заостренные уши и, главное, хвосты... И все это вводит отважную женщину в состояние ступора. Но наибольший ужас вызывает то, что эти трое по-хозяйски обнимают мистера Агеева, а тот принимает эти объятия как должное.

И в это время со стороны Площадки Собраний к месту посадки пешком спешит комитет по встрече: Верховный шаман Петрович, главный военный вождь Андрей Викторович, его адъютант Александр Шмидт, председатель объединенной парторганизации товарищ Давыдов, а также доктор Блохин.

Остальные заняты важными и неотложными делами, и им не до торжественных встреч.

При виде выложенных на травке тел главный военный вождь удивленно хмыкнул и спросил (в первую очередь, у капитана Гаврилова):

- А это что еще за натюрморт, товарищи?"

"1 Выходцы с Великой Отечественной Войны во всех ее вариантах товарища Леваневского знают в лицо, ибо перед ее началом тот был популярен ничуть на меньше, чем Филипп Киркоров в начале двадцать первого века.

при первом контакте попытался было открыть по моим людям огонь из табельного пистолета, - пояснил тот. - Тогда товарищ Динал Аз без лишних рассуждений парализовала всю их команду, на чем уговоры с нашей стороны были закончены.

- Товарищу Динал Аз выражаю благодарность от лица командования за находчивость и решительность, - одобрительно произнес Андрей Викторович.

- А вот с товарищем Леваневским, чувствую, разговор выйдет тяжелый. Какого черта его вообще дернуло стрелять по вашим бойцам?

- Не знаю, - пожал плечами капитан Гаврилов, - возможно, его испугал внешний вид летательного аппарата темных эйджел, да и мои бойцы обмундированы отнюдь не по форме образца тридцать пятого года, когда не было еще морской пехоты особого назначения.