Амалия. Книги 1-5

Он то делался высокомерным, то сжимался в неодобрительную гримасу, то чаровал неожиданной улыбкой. Изабелла похвалила платье Амалии и выразила надежду, что они с мадам Ренар не помешают девушкам, если присоединятся к ним.

– Просто мне говорили, что в здешней реке быстрое течение, – объяснила Изабелла. – И потом, первый раз купаться в незнакомом месте всегда немного страшновато.

– Конечно, вы можете идти с нами, – сказала Муся, которой полька явно пришлась по душе куда больше, чем ее французская спутница.

 – Только в Стрелке никакого особого течения нет, это очень ленивая река.

И они заговорили по-русски о лошадях, о собаках, о том, как трудно вести большое хозяйство в деревне, о скачках, о Никите Карелине и снова о лошадях, которых Олонецкая ставила выше всех других животных. Оставшись без собеседницы, Дельфина Ренар вцепилась в Амалию. За пять минут Амалия узнала историю ее жизни, за десять – подноготную всех знакомых мадам Ренар, а через четверть часа возненавидела последнюю от всей души.

– И, представьте себе, этот полковник, который ухаживал за мной, взял и сказал… У вас есть жених? Нет? Ну, право же, не может быть! – Тут ее внимание отвлеклось. – Смотрите, какая прелесть, божья коровка! Нет, я очень довольна, что приехала в Россию. Путешествия – моя маленькая слабость! Помнится, когда я только работала у Гарднеров… такие были чванливые англичане, и дети у них были ужасные, все время дерзили мне… так вот, когда я у них работала и света белого не видела, то мечтала, как стану в один прекрасный день сама себе хозяйкой и объ-еду весь мир.

 – Она удовлетворенно вздохнула и тут же, без всякого перехода, спросила: – Вы давно знаете мадам Изабеллу? Я только вчера с ней познакомилась. Она ехала на лошади – ужасно горячая лошадь, норовистая! – но мадам Изабелла ее совсем не боялась. Право же, есть женщины, которые совсем ничего не боятся, а я, скажу вам по секрету, ужасная трусиха! Так, знаете, мадам Изабелла напомнила мне мою кузину Сесиль, которая тоже обожала лошадей, а кончила тем, что вышла замуж за бакалейщика. А еще она похожа на одну даму, с которой мы жили вместе в гостинице, там еще был ужасно грубый портье, и я оттуда переехала. Вообще я не люблю гостиниц, их служащие не всегда должным образом воспитаны, постоянно просят на чай, а я, знаете ли, не поощряю расточительности.