Амалия. Книги 1-5
4 прочтения
- Автор: Валерия Вербинина
- Жанр: Легкое чтение, Детективы, Любовные романы
Бирюзовый, сапфировый (странно, что для сравнения на ум приходят только драгоценные камни).
Кольцо с сапфиром… У мадам Эрмелин было одно такое. Где-то оно теперь?
Разумеется. Океан живой, и у него есть голос.
Глупости все это. Она в багажном отделении, а перед ней, подбоченясь, стоит огромная, в рост человека, серая мышь.
– Хотите послушать, мадемуазель, как я играю на рояле? Не хуже Леона Шенье, смею вас уверить!
Мышь во фраке, в белых перчатках, с галстуком-бабочкой. Рояль шевелит затекшими ножками, выбирается из-под сетки, приседает, гремя струнами, и бежит вразвалочку к мыши.
Амалия хочет возразить мыши, что на рояле нельзя играть в перчатках, однако мышь в обнимку с инструментом пускается в пляс.
Нет, это просто ужасно. Конечно, океан видел корабли Дрейка, Колумба и Магеллана… но зачем же так вопить?
– Амалия, проснитесь, проснитесь!
Но проснуться невозможно. Невозможно даже разлепить веки – к каждому из них словно привесили пудовую гирю.
– Амалия! Кузина! Очнитесь, умоляю вас!
Нет, это сон, это сон… Волны… волны…
– Амалия, черт вас дери! – океан говорит рассерженно.
– Мышь играет на рояле, – бормочет Амалия.
– А? – Океан, похоже, растерялся.
– Это все беременность, – произносит где-то в вышине над нею неуверенный голос. Голос, как две капли воды похожий на голос миссис Рейнольдс.
– Бере… – Океан выходит из берегов, захлебывается гневом. – Если вы еще раз при мне произнесете это слово…
– Не надо так орать… – слабо возражает Амалия и с гигантским усилием открывает глаза.
Все плывет. Пятна… пятна…
– Мы тонем? – спрашивает Амалия с любопытством.
– Какое там, – грохочет океан где-то совсем рядом. – Гораздо хуже… Амалия! Не смейте закрывать глаза!
Ужас, до чего хочется спать. Амалия сладко зевает. Нет, это не океан… это всего-навсего кузен Рудольф.
– Амалия! – рявкает он. – Вставайте!
– Женщины и дети в первую очередь? – бормочет она в полусне, пытаясь понять, что происходит. – Да что такое?
Лицо Рудольфа – все в красных пятнах, миссис Рейнольдс смотрит на нее умоляюще.
– Вот… Лучшее средство, чтобы прийти в себя, – говорит Ортега, держа флакон у лица Амалии.
Амалия подскакивает, едва не выбив склянку из рук почтенного эскулапа. Из глаз ее текут слезы. Дело в том, что у нее довольно тонкое обоняние, и поэтому нашатырное благоухание для нее все равно что удар дубинкой.
