Амалия. Перекроить судьбу (СИ)

Чаю мне не хотелось, да и выходить к костру тоже. Убаюкав малыша, уставшего от моего внимания, я накрылась детским одеяльцем и уснула, прижимая к себе корзинку с сыном.

В Лирх мы въехали на закате. Уставшая и голодная, я не смогла в полной мере насладиться величием крепостной стены. В отличие от Малинок, Лирх был огорожен каменной стеной, к которой подъехать можно только по мосту через глубокий ров. Железные кованые ворота были призывно распахнуты, но проехать мимо стражников устрашающего вида никто не мог. Здесь, как и в Малинках, тоже требовали плату за въезд, но цена чуть выше: по две серебрушки с человека.

Но, справедливости ради, за Итана плату не взяли. Лишь скользнули по нам безразличным взглядом и коротко скомандовали: — Проезжайте.

Город всё же достаточно сильно отличался от Малинок. Первое, что бросилось в глаза – мощёная улица и тротуары, располагающиеся чуть выше уровня дороги. Сама же дорога была немного выпуклой, из-за чего отсутствовали лужи. Вода стекала к тротуарам и уходила за пределы городской стены.

Лирх, несмотря на позднее время, был оживлён. Мимо нас проезжали крытые экипажи, открытые кареты и такие же телеги, как у Васила. Одиноких всадников было мало, но и они не гнали галопом, а двигались размеренной трусцой. Интересно, неужели в городе есть что-то типа правил дорожного движения?

— Амалия, — окликнул меня Васил. — Попробуем остановиться здесь. Попробуешь сама или с тобой сходить?

Я внутренне сжалась. Одной? Туда? Опять под насмешки?

— Васил, я готова поговорить с хозяином постоялого двора, но боюсь идти одна, — призналась тихо.

— Хорошо, тогда идём, — кивнул Васил, спрыгивая на брусчатку и подводя Вьюгу к коновязи.

Я спустилась на землю, взяла Итана и, дождавшись Васила, двинулась к дверям. У самого входа замерла, судорожно вздохнув. А что если… А вдруг… — Всё будет в порядке, — тихо сказал Васил, заметив мою нервозность.

Кивнув, я распахнула двери и с удивлением обнаружила, что ожидания не оправдались. Никакого грязного стола и пьяных криков.

Столики были, да. Но за ними спокойно ужинали люди. За парочкой столов пили пиво мужчины, посмеиваясь и что-то рьяно обсуждая. Даже сцена была в углу помещения, на которой стояла молодая женщина и очень красиво пела.

Я подошла к стойке и обратилась к мужчине, который наливал пиво в большую кружку.

— Скажите, у вас можно снять две комнаты? — осторожно спросила, силой воли заставляя себя не сжиматься от страха.

— Две комнаты на третьем этаже, две серебрушки каждая.