Амалия. Перекроить судьбу (СИ)

— Что здесь такое? — рявкнули из-за двери, а затем в комнату ворвался владелец постоялого двора. Нахмурившись, он кинул быстрый взгляд на бандитов, а затем посмотрел на меня.

— Леди, вы в порядке? Уже безопасно, можете снимать защиту, — тихо, словно с душевнобольной, заговорил мужчина.

— Не могу. Это не я, — прошептала, всхлипывая. Била крупная дрожь, а сердце отчаянно трепыхалось в груди. Казалось, ещё пара ударов – и оно сломает рёбра. По щекам текли слёзы, а я абсолютно не могла себя контролировать.

— Хорошо, — владелец поднял руки, словно сдавался.

Он хотел было выйти, но я жалобно попросила: — Нет! Не уходите. Я боюсь.

— Что же, — мужчина нахмурился и выглянул в коридор. А затем кому-то крикнул: — Эй, сбегай к стражам, пусть кто-нибудь придёт. И маг нужен.

— Спасибо, — шепнула я, садясь на кровати и кутаясь в одеяло.

— Не переживайте, они, — мужчина кивнул на разбойников, — в ближайшее время не очнутся. Но скажите, зачем они приходили?

— За золотом.

Мужчина присел перед телами и принялся осматривать карманыы. Выудив мой мешочек, он показал мне.

— Да, — кивнула я. Дрожь медленно уходила, страх отступал. Я уже могла нормально дышать, а сердце потихоньку выравнивало ритм.

— Я положу на стол. Боюсь, не смогу подойти к вам, щит не пропустит.

— Не знаю, откуда он. Я такое делать не умею, — призналась, рассматривая купол.

— Ничего, сейчас придёт маг и во всём разберётся.

За спиной захныкал Итан. Неужели пора кормить? Я растерянно глянула на мужчину и повернулась к Итану.

— Кормите ребёнка, я выйду, — сказал владелец гостиницы, но я спешно крикнула: — Нет! Не оставляйте меня с ними.

Пусть бандиты и были без сознания, всё же могли в любой момент очнуться. А защитит ли меня купол – я не знаю.

— Хорошо, — мужчина растерянно кивнул и осмотрелся. — Тогда я сяду на стул спиной к вам. Видеть ничего не буду.

— Спасибо, — поблагодарила я, устраивая Итана удобнее на руках.

— Падшая, проклятая, добропорядочная – мне всё равно, — легко ответил владелец. — Считаю, что это глупость – метить женщин, превращая их в изгнанниц.

— Я уверена, вы многим помогли, — подумав, всё же сказала я. — В Малинках – это деревня в двух днях пути отсюда – меня не пустили на постоялый двор.

— И здесь не везде пустят, — усмехнулся мужчина. — Зря вы так распорядились своей жизнью. Молодая, красивая, а уже с меткой.