Амалия. Книги 1-5

А что?"

"А что, если доктор был не единственным, кто видел, как Луиза виснет на шее у постороннего мужчины? Что, если Мокроусов тоже увидел их – и понял, что любовница его обманывает или может обманывать, что для неумного и крайне самолюбивого человека наверняка почти одно и то же? Мог ли Мокроусов, к примеру, устроить западню в башне или, еще проще, вызвать туда Луизу, чтобы объясниться? И если в это время она стала насмехаться над ним и оскорблять, мог ли он выйти из себя и четырнадцать раз ударить ее ножом?

Почему бы и нет, собственно говоря?

– Как по-вашему, – решилась Амалия, – Сергей Петрович знал, что Луиза его обманывает?

– Нет.

Поручиться не могу, но мне кажется, что нет. Он был уверен, что обманщик – он один, а она терпит его выходки, потому что любит его. Такое положение безгранично льстило его самолюбию. Насколько мне известно, о Викторе он узнал уже после ее смерти.

– А о моем дяде?

– О нем вообще речи не заходило. Я никому не говорил о том, что я видел.

– Я вам очень благодарна за это, доктор, – серьезно промолвила Амалия.

 – Скажите, Серапион Афанасьевич, как по-вашему, могли у Луизы Леман быть другие любовники?

– Не знаю. По правде говоря, у меня в то время были дела поважнее, чем следить за амурными похождениями этой особы. Мы опасались эпидемии холеры и пытались к ней подготовиться, еще коллега вызвал меня в Полтаву на консилиум к госпоже Ворожейко, я возился со штабс-капитаном Тарнавским, который был совершенно безнадежен, лечил крестьян, занимался сыном госпожи Вартман, а вдобавок мне приходилось вскрывать беременную утопленницу и убитого мастерового…

– В таком случае позвольте мне задать другой вопрос.

Если бы Сергей Петрович при жизни Луизы узнал, что его обманывают, что бы он сделал?

– Вы имеете в виду, мог ли он ее убить? – усмехнулся доктор. – Пожалуй, глупости на это у него бы хватило.

– А у Надежды Кочубей?

– Надежда Илларионовна – несчастная женщина, – покачал головой Серапион Афанасьевич. – Нет, она никого не убивала.

– Можно узнать, на чем основывается ваша уверенность?

– На том, что если бы она была убийцей, Сергей Петрович назвал бы ее имя на первом же допросе.

И не только назвал, но и рассказал бы со всеми подробностями, как именно она убивала его любовницу.

Против этого было совершенно нечего возразить, и раздосадованная Амалия решила зайти с другой стороны.

– Скажите, доктор, вы ведь видели Надежду Кочубей в тот день, когда стало известно об убийстве…

– Да, я ее видел.