Американский таблоид

Литтел продолжает видеться с давним другом, известным своей подрывной деятельностью, Мелом Чамалесом; расшифровки прослушивания телефонных переговоров Литтела показывают, что на данный момент Литтел и Чамалес девять раз разговаривали по телефону; это были длительные беседы, в ходе которых Литтел пространно выражал свои «левые» политические симпатии и возмущение «охотой на ведьм», проводимой Бюро, 10 мая я позвонил Литтелу и приказал ему немедленно заняться слежением за Мелом Чамалесом. Пять минут спустя Литтел позвонил Чамалесу и предупредил его.

Чамалес в тот день выступал с речью перед членами Социалистической рабочей партии. Литтел и доверенный информатор Бюро, не зная о присутствии друг друга, посетили это собрание. Информатор передал мне дословное содержание речи Чамалеса, носившей откровенно подстрекательский характер и содержавшей множественные нападки в адрес Бюро. В рапорте же Литтела от 10 мая его высказывания названы «не носившими подстрекательского характера». Таким образом, перед нами откровенное и преднамеренное искажение фактов; в целом рапорт представляет собой абсолютно предательский документ.

Сэр, я полагаю, что настало время привлечь Литтела к ответственности — как за отказ от сотрудничества в расследовании покушения на его жизнь, так и (что значительно важнее) за его подрывную деятельность. Прошу вас, ответьте. Думаю, действовать надо незамедлительно.

Постановление ФБР: директор Эдгар Гувер — командиру чикагского отделения Чарльзу Лиги.

касательно Уорда Литтела: пока ничего не предпринимайте.

Верните Литтелу его прежние обязанности — слежение за членами КП США, ослабьте наблюдение за ним и держите меня в курсе расследования покушения на его жизнь.

Официальная расшифровка телефонных переговоров по заказу ФБР.

«Записано по указанию директора»/«Уровень секретности 1-А: только для глаз директора». Разговаривают: директор Гувер, специальный агент Кемпер Бойд.

КБ: Добрый день, сэр.

ЭГ: Кемпер, я на тебя рассержен. Ты стал меня избегать.

КБ: Я бы так не сказал, сэр.

ЭГ: Еще бы ты так сказал. Ты бы нашел, как выкрутиться, чтобы избежать упреков. Вопрос в другом: стал бы ты звонить мне, если бы я сам тебе не позвонил?

КБ: Да, сэр, непременно.

ЭГ: До или после коронации короля Джека Первого?

КБ: Я не стал бы говорить о «коронации», как о деле решенном, сэр.

ЭГ: Но у него уже есть делегатское большинство?

КБ: Почти. Полагаю, он будет избран кандидатом от демократов на первом же голосовании.

ЭГ: И ты считаешь, он победит.