Американский таблоид

Шесть раз он набирал номер Питовой квартиры — и все шесть раз не получал ответа.

О смерти Нестора Часко в новостях не сообщалось. Пит же бросил бы тело там, где его непременно нашли бы.

Пит бы очернил покойного, выставив его сторонником Кастро. Пит бы непременно сделал так, чтобы Траффиканте обо всем узнал.

Тем временем подействовала утренняя доза декседрина. Чтобы раскачаться, ему уже требовалось десять таблеток — у него развилась изрядная толерантность.

Хуан и Пит пропали. В последнее время Хуан часто общался с Гаем Бэнистером: они то и дело совершали совместные вылазки в Лейк-Вейр — пошляться по барам.

Исчезновение Пита настораживало. Исчезновение Хуана слегка беспокоило.

Амфетаминовый «приход» сказал ему: пора действовать.

Хуан ездил на блестящей красной «ти-бёрд» цвета засахаренного яблока. Флэш называл ее «сексмобилем».

Кемпер кружил по Лейк-Вейр. Городок был маленьким, с четкой решетчатой структурой улиц. Заметить «сексмобиль» будет проще простого.

Он ездил по боковым улочкам и заглядывал в бары вдоль шоссе.

Хуана нигде не было. Как и его навороченной «ти-бёрд».

Хуан мог и подождать. Важнее было найти Пита.

Кемпер поехал в Майами. «Колеса» тем временем возымели обратный эффект — он начал позевывать и пару раз едва не заснул, уронив голову на руль.

Он остановился возле дома на углу 46-й и Коллинз. Дом с розовой штукатуркой стоял на том самом месте, о котором говорил информатор.

К нему подошел дорожный полицейский.

Он опустил оконное стекло. Коп сунул ему в лицо тряпку, издававшую резкий запах.

Внутри него точно разыгралась химическая война.

Запах боролся с принятыми с утра таблетками. Это был запах то ли хлороформа, то ли жидкости для бальзамирования. Запах означал, что он, может быть, уже умер.

Пульс же возражал: НЕТ, он еще жив.

Горели губы. Саднило в носу. Он почувствовал вкус пропитанной хлороформом крови.

Он попытался сплюнуть.

Он пошевелил губами. Что-то липкое стягивало щеки. Скорее всего, расслабившаяся изолента.

Он жадно втянул воздух. Он попытался пошевелить руками и ногами.

Он попытался приподняться. Однако нечто тяжелое потянуло его вниз.

Он стал ерзать. Ножки стула заскребли по деревянным доскам пола. Он рванул руки — и только ободрал веревкой кожу. Кемпер открыл глаза.

Кто-то засмеялся.