Американский таблоид

Я знаю, это ваша стратегия в общении с людьми, но прошу — давайте сразу к сути.

— Суть заключается в том, что его перевели из программы по борьбе с организованной преступностью против его воли. Он ненавидит и мистера Гувера, и его лозунг «Мафии не существует», и желает передавать вам через меня информацию касательно чикагских мафиозных структур. И, помимо всего прочего, он некогда учился в семинарии монахов-иезуитов, так что мы имеем дело с ревностным католиком.

Бобби повесил пальто:

— Мы можем ему доверять?

— Он — точно не «засланный» Гувером?

Бобби посмотрел на него.

Точно таким взглядом, каким смотрел на свидетеля, желая запугать.

— Хорошо. Но мне хотелось бы, чтобы вы попросили вашего друга не делать ничего противозаконного. Мне не нужен такой «энтузиаст», который полезет ставить «жучки» и бог знает что еще, решив, что в случае чего сможет прикрыться моим именем.

— Скажу непременно. А из какой именно сферы вам хотелось бы получать…

— Скажи ему, что мне очень интересно было бы подтвердить возможность существования тайных бухгалтерских книг пенсионного фонда профсоюза водителей грузовиков.

Передай ему, что если они и существуют, ими заправляет кто-то из чикагской мафии. Пускай он проработает эту возможность, а заодно мы посмотрим, сможет ли он чего-нибудь нарыть про Хоффу, пока будет этим заниматься.

В гардеробной толпились гости. Какая-то женщина волочила за собой по полу норковую шубку. Дин Эйчесон едва об нее не споткнулся.

Бобби поморщился. Кемпер на миг увидел, как расфокусировался его взгляд.

— Нет, это все. Теперь, если позволите…

Кемпер улыбнулся и вернулся в зал. Гостей прибыло — маневрировать стало трудновато.

На женщину с норковой шубой оборачивался народ.

Она заставила дворецкого погладить норку. Она настаивала, чтобы ее шубку примерил Леонард Бернстайн. Точно танцуя мамбо, скользнула она через толпу и выхватила кружку из рук Джо Кеннеди.

Джо вручил ей подарок в маленькой коробочке. Женщина сунула его в сумочку. Три сестры Кеннеди с явно раздраженным видом поспешили прочь.

Зять Джо, актер Питер Лоуфорд, не сводил с нее глаз. Беннет Серф подошел к ней и попытался заглянуть за вырез ее платья. Владимир Горовиц помахал ей, подзывая к пианино.

Кемпер спустился в вестибюль отеля на частном лифте. Схватив трубку бесплатного телефона, он показал девушке-оператору свой жетон и попросил ее соединить его с прямым чикагским номером.

Она повиновалась. Хелен взяла трубку после второго же гудка.

— Это я, милая.