Амулет на Его счастье

— Мастер Кроин, понимаю, что моё мнение и отношение ко всему происходящему вас волнует в последнюю очередь, — медленно спускала я курок, сдерживающий всё нервное напряжение, — но меня такие отношения не устраивают!

— Какие отношения, Мэри? И помнится вчера мы были с тобой на «ты», и мне даже кое-кто в любви признавался!

Да? В самом деле?! Не привиделось мне всё это? Вот дура! Неужели вправду влюбилась в этого бабника-ловеласа или вискарек полюбил за меня весь мир, включая невыносимого Кроина?!

— Это было игрой на публику, — мстительно буркнула я.

— Ну и Слава Благоликому, — не без облегчения выдохнул декан, — тогда какие отношения тебя не устраивают?

Слава Благоликому? Облегчение? Господи, я не просто дура… таких как я вообще поискать надо! А на что собственно рассчитывала, буркая всё это? Пробудить ревность у такого как он? Как же это смешно! Если он после признания об игре в любовь на публику испытывает облегчение, то хоть человеческое отношение к себе выбить надо:

— Ваша вчерашняя выходка с «малышкой Ли» недопустима.

— А что я с ней делал? — вполне искренне удивился декан.

Ответом ему были мои густо покрасневшие щеки и закушенная изнутри верхняя губа.

— Мэри, о чем ты подумала? — разулыбался зараза.

— Не о чем там думать, я всё слышала…

— Мэри, ты правда подумала, что я вызвал Лилиану чтобы заняться с ней… кхм… любовью (давай уж называть вещи своими именами, раз такой откровенный диалог пошёл), посреди бела дня на глазах своей пусть и фиктивной, но невесты?! — тон у него был вполне невинный, можно было бы запросто поверить, если бы не:

— Мастер Кроин, я прекрасно слышала ваши довольные стоны… не пытайтесь делать из меня глупую не смышлёную девчонку.

"— Мэри, ты такая и есть, глупая и не смышлёная. — откровенно издевался моим насупленным видом моднячий декан. — Я тут не причём. Из-за этого убежала, подвергая смертельной опасности не только себя, но и грозя сорвать операцию имперской важности?!

Набычившись я еле сдерживала себя, понимая что он специально выводит меня на некие эмоции, скорее всего проверяя на вшивость.

— Мэри, то были отнюдь не стоны наслаждения, как ты могла подумать, моя маленькая испорченная девочка, но боли, потому что Лилиана мой персональный тренер, и то, что она вытворяла со мной вчера, приравнивалось к пыткам военнопленных прошлых имперских лет! А все для того, чтобы мне быть в идеальной форме для долгих изнурительных переходов, контактных боев, и победы в конечном итоге.