Амулет на Его счастье

Собственно было всего два варианта: похотливый декан удивительно быстро обнаружил сбежавшую без пяти минут жену с драконоребенком под коленкой, или Айзек разозлившийся от дёру давшей кабинетной пленницы. Только окрик этот сообщил мне пинка почище самого первосортного допинга. Пятки задали такого стрекача, что когда разум всё же немного прояснился под действием спадающего адреналина, я всё еще, ловя кровавые восьмерки перед глазами, никак не могла разобрать местности с темными подворотнями в этой ужасно холодной ночи.

Дальнейшее ощущалось смутно: чьи-то шершавые мозолистые лапы на талии, спина прижата к ледяному даже через плащ кирпичу, зловонное дыхание, исторгающееся из пасти с блеснувшими желтизной в свете тусклого фонаря, клыками. Гопник-тролль не спеша ощупывал мои карманы, деловито отгоняя нападавшего, медлительного от переедания Зубастика.

— А-а-а — орала я из последних сил.

Украшать своей бледной физиономией завтрашнюю прессу никак не входило в мои планы. Грабитель тем временем умыкнул весь металл-кэш, и уже намеревался двинуть моей светлой головой об тот самый кирпич.

— Ни с места! Полиция! — рявкнули у тролля за спиной.

Горбатые позвонки ворюги дрогнули и тролль отлепился от моей груди. Попытался ускакать на кривых ногах, но тут же был сбит ударом под коленки рослым ночным стражником. Впрочем, меня постигла та же участь, и ошеломленная от вспышки боли, я повалилась рядом с заломленным обидчиком.

— Та-а-ак… что у нас тут? Тролль-пара? — противно усмехнулся стражник-драчун и бесцеремонно посветил мне в лицо магическим фонариком. Его длинная физия при этом вытянулась еще больше, и стала напоминать морду таксы-ищейки. — А вы знаете, милая девушка, что за развратные действия в общественных местах положено два месяца общественных работ или двадцать суток ареста плюс внушительный штраф? Вам какой из вариантов больше нравится?

— Какие действия? — искренне возмутилась я, — Вообще-то этот тролль ограбил меня! Проверьте: последний серебряник и пару медек отнял!

— Наоборот, я ей заплатить хотел! — прохрипел тут же скумекавший в этой ситуации тролль.

Так, за грабеж, пару лет на каторге положено чалиться, а так, два месяца метлой по городу помахать. Разница очевидна.

— Вот! — разжал он лапу, сжимавшую монеты. — Ночная фея так себе оказалась. Ерунда, а не человечка, даже подержаться не за что!

— Да как ты смеешь! — задохнулась я от возмущения.