Амулет сибирского шамана

Многие больные мужики так делают, не знаешь, что ли?

– Ну, ты никогда мне не веришь…

– Так, погоди, даже если твой гаишник не врал…

– Он не мой! У него жена такая… вся из себя, его стерегла, как собака кость!

– Ну хорошо… если этот не твой гаишник не врал, при чем тут Валера Поляков?

– А при том, что свидетели видели: в самый момент аварии на дороге перед ним появился черный лимузин вроде похоронного!

Татьяна понизила голос и добавила:

– И за рулем у него никого не было! А один свидетель сказал, будто за рулем была собака.

– Собака! Косматая такая, рыжеватая… Но это уж, по-моему, ерунда. Но это еще не все…

– Свидетели этот катафалк видели, а на записи с камеры никакого лимузина не было!

– Да откуда ты все знаешь в таких подробностях?

– Да жена его звонила, Алка, мы с ней в школе вместе учились. Она просила, чтобы Валерку к нам перевели. Я заведующему сказала, он обещал посодействовать…

Алевтина слушала ее вполуха.

В то же время она перевела взгляд на открытую дверь кафе и увидела, что мимо нее в сторону кладовой прошел высокий, немного сутулый человек.

Она разглядела – или, может быть, ей только показалось, что разглядела, – бледные впалые виски, скошенный подбородок в трехдневной щетине… И шрам наверняка есть на щеке…

Неужели это он, тот странный, таинственный пациент из третьей палаты – Конюхов, что ли…

– Таня, извини, мне срочно нужно в отделение! – Алевтина вскочила, чуть не свалив стул.

Она хотела увидеть этого человека еще раз, убедиться, что это именно он, тот, рядом с которым она провела страшную ночь – тогда, в другой жизни…

И еще… еще ее охватило какое-то беспокойство.

– А булочку ты есть не будешь? – деловито осведомилась Татьяна. – Тогда я съем…

Алевтина выскочила в коридор.

Таинственный пациент исчез – видимо, спустился в кладовую.

Алевтина устремилась за ним, но тут ее ухватила за пуговицу халата крепкая коренастая женщина со знакомым лицом.

– Доктор, постойте! – затараторила она. – Скажите, а может быть, Павлу травку стоит попить? Есть такая травка полезная, не помню только, как она называется…

– Павлу? – растерянно переспросила Алевтина.

– Ну как же, муж мой, Павел Семенович Тузиков, у вас лечился. Вы разве не помните? И у него сейчас обострение. Так мне сотрудница одна сказала, что нужно травку… еще она говорила, что непременно нужно грелку…

Женщина продолжала что-то говорить, быстро и озабоченно, но ее слова доходили до Алевтины с трудом, как будто между ними было толстое стекло.