Анахрон

— Извините, — прошептала Мирра.

И они с дьяволом вышли в длинный коридор библиотеки.

— Я помню их всех, — повторил дьявол. — Только сделайте одолжение: не читайте больше эту… ужасную книгу.

Мирра кивнула.

— Почему вы выбрали именно готский язык? — спросил дьявол. — Мне всегда казалось, что сикамбры… то есть, франки, пошли куда дальше, чем ваши готы.

— Просто потому, что это единственный германский язык той поры, который сохранился до наших дней. Остальные исчезли.

— А этот?..

— Готы перевели на него биб…

Дьявол стремительно протянул руку, прижимая ладонь к губам Мирры.

— Вы обещали. Мне очень трудно держаться, когда вы произносите эти слова.

— Хорошо, я постараюсь следить за своей речью, — послушно сказала Мирра. Она трепетала от волнения.

— Кстати, почему вы говорите «готы» перевели этот текст? Был совершенно конкретный человек, который проделал всю эту каторжную работу. Кстати, попортил мне немало крови. Я пытался ему мешать, но он просто не замечал меня.

— Я видела, — сказала Мирра. — То есть, я хочу сказать, я была в Вартбурге вместе с нашей пионерской дружиной, по братскому приглашению союза немецкой коммунистической молодежи. Там показывали какое–то грязное пятно и рассказывали эту легенду. Разумеется, Вартбург как памятник истории и архитектуры…

— Там сейчас неподалеку концлагерь, знаете? — перебил дьявол. — Ладно, не будем уклоняться от темы.

— Послушайте, — горячо сказала Мирра, — неужели вы хотите меня убедить, что один–единственный человек может выступать создателем литературного языка? Литературный язык, даже если его основы и были заложены деятельностью какого–то гения–одиночки, всегда есть результат деятельности масс… В конце концов, ваши заявления ненаучны.

— Ульфила перевел эту книгу, — повторил дьявол мрачно. — И никто не смог ему помешать. Даже смерть. Потому что он воспитал целую ораву учеников, таких же твердолобых и упрямых, как он сам.

— А Skeireins кто написал? — алчно спросила Мирра.

— Это еще что?

— Комментарий к еван… — Она закашлялась. — Пояснения к тому тексту.

— Не знаю, — сказал дьявол, поглядев на нее со снисходительной благодарностью. — Но вы совершаете ошибку, недооценивая вклад Ульфилы. Он не был оригинальным мыслителем, что правда то правда. И образования хорошего не получил.