Анахрон

Особенно после переноса злополучной овцы. Так что, может быть…

А что гадать? Тут–то как раз есть, у кого спрашивать. 5 марта 1953 года — такая дата, которую — кто пережил — помнят.

Разговор с матерью, вопреки ожиданиям, прояснил немногое. В день смерти Сталина дед пришел домой к вечеру. Взял со стола газету с портретом вождя и учителя в траурной рамке. Ангелина была заплаканная и испуганная. В доме торжественно–скорбно вещало радио.

Дед выключил приемник. Взял газету. Посмотрел на покойного теперь усача.

Хмыкнул. Переоделся в пижамный костюм, а потом уселся за стол и неторопливо сделал из газеты шапку–треуголку. Нахлобучил ее на голову и проходил в таком виде весь вечер, к величайшему ужасу дочери. Ей казалось, что отец совершает святотатство, однако возражать ему не смела. По правде сказать, Аспида Ангелина боялась куда больше Берии.

С другой стороны, кто знает, какая опасность в тот день угрожала Аспиду? Дед ведь никогда ничего не рассказывал.

Так что можно предположить, что 5 марта 1953 года дед находился в таком же подвешенном состоянии, в каком пребывал его внук 14 ноября 1984 года.

Сигизмунд невнятно поблагодарил мать и, ничего не объясняя, положил трубку."

"Виктория терпеливо ждала. Сигизмунд повернулся к ней и, увидев выжидающее выражение ее лица, вдруг разозлился. Похоже, Вика из тех, кто ради новой информации готов претерпевать любые неудобства, как моральные, так и физические. Потому и с карьерой распрощалась. И его, Сигизмунда, выходки терпит. А перед папашей Валамиром, старым хрычом, просто стелется.

Колодезь в нем усматривает бездонный.

— Вика, — спросил Сигизмунд, — а у тебя бывало, чтобы ты чудом от смерти спасалась? Несчастный случай там какой–нибудь…

— Нет… А, был! — вспомнила Вика. — В 85–м году была в молодежном турлагере на Западной Двине. Как раз сухой закон начался, помнишь? Мы в пику Горбачеву добыли портвейна и нажрались до поросячьего визга, а потом купаться пошли. Там водовороты… Меня за волосы вытащили, инструктор откачивал рот в рот, все такое.

Я потом в него влюбилась. А что?

— Да так, — сказал Сигизмунд. — Просто имей в виду. У меня тут гипотеза одна проклюнулась. Эмпирическая, так сказать. В общем, Вика, знай: ежели Анахрон тебя когда–нибудь сцапает, то скорее всего потащит тебя в 85 год. В тот самый день. Долго, скорее всего, не продержит. Так что захочешь поглядеть на своего инструктора — торопись. Впрочем, я не уверен, что тебя на Западную Двину закинет.