Анатомия одной семьи

В школе они разговаривать не хотели — щекотливая тема, особенно с учетом того, что Федотов ей очень нравился. И сопоставив факты, Федотов понял, кто звонил Соломатиной и кто прислал фото. Что случится дальше — никто не мог предугадать. А случился разрыв. «Ничего, как-нибудь вырулим и разрулим!» — подумал Олег. Ему сейчас ужасно хотелось повидать Степку. Федотов представил сейчас, как он берет ребенка на руки, а тот устраивается поудобнее и не хочет слезать. На отцовских руках и играть было интереснее, и книжки слушать, и засыпалось легче.

Олег вспомнил эти вечера за столом на кухне — Инна, он и Степка на его коленях, который мешает им разговаривать, что-то пытается схватить со стола. И можно было бы его положить спать, но так уютно сидеть втроем.

«Втроем», — подумал Федотов и вздохнул. Он остановился, достал телефон и отыскал номер жены. Он уже хотел позвонить ей, но снова не стал этого делать. Федотов представил, как Инна собирала его вещи — вытаскивала их из шкафа и запихивала в чемодан.

Так может поступать только разгневанный человек, испытывающий едва ли не ненависть. А если она это чувствует, будет ли толк в звонках? Возможное примирение вряд ли поможет забыть то, что случилось.

В некоторых вопросах Федотов был идеалистом и максималистом. Чаще всего эти вопросы касались его семьи, отношений с Соломатиной и отношения к ребенку. И он имел право на это — собственная жизнь, собственное детство были этому причиной. Поэтому и сейчас он не позвонил жене. Он прошел еще несколько шагов, а потом вспомнил, что должен зайти к Ирине Сергеевне — маме того самого мальчика, с которым он занимался и отец которого вечно задерживал деньги за уроки.

«Надо зайти к ним. Сегодня. Потом начну работу искать, не до гостей будет», — Федотов решительно повернул в другую сторону. Идти пришлось недалеко, и уже через минут пятнадцать он был у знакомого дома. И только подходя к подъезду, он спохватился, что не позвонил. «Ничего, я на пять минут — выслушаю ее и уйду», — решил он и позвонил в домофон. Ирина Сергеевна очень обрадовалась:

— Как же удачно! Поднимайтесь, Олег Игоревич!

Федотов открыл дверь, прошел к лифту, долго ждал, когда опустится кабина, потом долго поднимался на последний этаж. Он ехал и думал, что с сыном Ирины Сергеевны он занимался целый год, и парень сделал огромные успехи. Олег вспомнил, как поначалу тяжело давалось ему репетиторство — раздражали ответы невпопад, мелкие ошибки, невнимательность.