Андер Арес

Так шанс на то, что я обнаружу причину потери памяти, увеличится.

— Хорошо, — ответил я.

И пока она занималась обследованием, я смог её хорошенько рассмотреть. Девушка была очень красивой. Стройная фигура. Большие карие глаза и светлая гладкая кожа идеально гармонировали с лёгким макияжем. Даже взлохмаченные густые тёмные волосы не портили ее образ.

Она упомянула про четыре года будто намекая, что чувства ко мне как минимум поостыли, однако нужно было быть полным дураком, чтобы поверить в это.

Почти час она сосредоточенно смотрела перед собой и плавными движениями рук совершала сложные пассы.

Я чувствовал, как поток тёплого воздуха, исходивший от неё, проходил вдоль всего моего тела.

— «ТОЧНО! Я же в другом теле!» — вспомнил я. Мне стало жутко интересно, как я выгляжу.

Подходящего момента пришлось ждать недолго.

— А можно мне зеркало? — спросил я у Лилии, когда свечение пентаграммы исчезло.

— Зеркало? — удивилась она моему вопросу. — Конечно, но у меня его нет. Дома есть одно.

Но вряд ли мне позволят его вынести. — Она задумалась. — Хотя в кабинете отц… — замолкла она на полуслове. — Вильяма Грасса я видело его. Могу позже спросить у него. — И с усмешкой добавила. — Никогда бы не подумала, что ты будешь переживать из-за шрамов на лице.

— А они там есть? — тут же спросил я.

— Андер, — слегка возмутилась она, — о чём ты говоришь? Любой целитель может свети шрамы, только плати. А ты точно небедный… хоть и третий наследник.

— «Важная информация,» — отметил я.

— Лилия, ты видимо уже забыла, что я потерял память?

Девушка нахмурилась.

— Я не нашла у тебя никаких серьёзных травм. Растяжение, царапины, небольшое переутомление… и знаешь… я не нашла, что могло бы стать причиной потери памяти. — Она сделала паузу. — Если бы я не знала тебя лично, то подумала бы, что ты притворяешься, чтобы отлежаться в госпитале.

Меня аж передёрнуло от такого заявления.

— Ме-ня ещё ни-кто и ни-ко-гда не обвинял в трусости! — прошипел я, медленно поднимаясь с кровати.

Лилия видимо сама не поняла, что сказала. На её лице появился испуг, и она вплотную стала рядом со мной."

"— ЛЕЖАТЬ! — прорычала она. — Как ты вообще мог подумать, что я могу назвать тебя трусом! Я же… мы же всё детство дружили. Ты и впрямь не помнишь меня. Даже обидно. — В её тоне чувствовалась некая печаль. Я не заметил, как её рука оказалась у меня на лбу, после чего она сказала: — Поспи. Видимо твоё тело переутомилось от сегодняшних событий.