Андердог - 3: Тёмный континент

Ощущения — будто по мне потоптался ледяной голем.

Я почувствовал, как из глаз непроизвольно брызнули слезы, оставляя горячие дорожки на висках.

Когда боль постепенно отступила, и смог снова соображать, я открыл глаза. Свет. Серый. Пасмурный. Я осторожно повел шеей и обнаружил себя лежащим на куче какого-то пыльного хлама посреди прямоугольного помещения. Судя по закопченным стенам, здесь когда-то был пожар. Но очень давно. Вон сколько сорной травы и мха повсюду. Видимо, чей-то старый дом, только заброшенный. После пожара не захотели отстраиваться заново? Странно.

Я осмотрелся. Слева огромные прямоугольные окна, в которых видно только грязно-серое небо. Справа узкие дверные проемы. В потолке зияет огромная дыра, а за ней видно следующее помещение, в потолке которого еще одна дыра. А за ней еще одна, и еще. И я лежу прямо под этими дырами. Выходит, это какой-то высокий дом, в пять этажей. Брошенный из-за пожара.

Нетрудно догадаться: выход из портала расположен как раз на самом верхнем этаже. Прямо у дыры в полу.

Когда перечитал сообщения, все встало на свои места. Я не умер после падения, благодаря сущности Ыша, ауре болотника и моему новому артефакту ― перстню магистра Пируса. Урон от удара был настолько велик, что опустошил все мои щиты, а также — источники жизни и маны, оставив в последнем каких-то жалких четыре единицы.

Эх, сейчас бы Ми сюда! Ну, ничего. Достав из рюкзака пузырек с зельем насыщения, я сделал глоток целебного эликсира. Источники жизни и энергии тут же заполнились на семьдесят процентов.

Медленно приподнявшись на локте, я почувствовал легкое головокружение. Но спустя мгновение, все пришло в норму. Да и боль постепенно отступала.

Перевернувшись, я встал сперва на четвереньки, а потом уже, покачиваясь, — во весь рост. Задрал голову вверх и посмотрел в дыру в потолке. М-да, нормально так полетал.

Внутри помещения гулял сквозняк. Было зябко и неуютно.

Я решил подойти к окну. Когда остановился у проема и выглянул наружу, голова тут же закружилась. Я испуганно отшатнулся и торопливо шагнул назад.

Так высоко я еще никогда не забирался! Теперь, по крайней мере, понятно, почему в окнах видно только небо.

Уняв дрожь в коленках, я, вцепившись в стальной ржавый прут, торчавший из стены, выглянул снова. Дыхание тут же сперло. Сердце ухнуло в пятки.