Андердог - 3: Тёмный континент

Обжора и сидящий на его спине Ми замерли в нескольких шагах от меня. По опустившимся ушам гремлина я понял, что он слышал наш разговор.

Заметив мое состояние, Мидори восприняла его иначе, и поспешила объяснить:

― Дело не в моем нежелании поделиться с вами знаниями! После того, что вы только что совершили — это было бы меньшим, что я могла бы дать вам.

Ее рука снова коснулась моего запястья, отчего в горле тут же пересохло. Во взгляде изумрудных глаз читалось неподдельное восхищение.

― Вы практически в одиночку справились с разъяренным монстром двадцать девятого уровня!

Я чувствовал, как горели мои щеки и уши.

Благо из-за темноты мое смущение не было заметно.

Тем временем Мидори, тяжело вздохнув, продолжила:

― Увы, но знания моего народа только для дриад. Таков закон Великой Системы. Вот, взгляните.

Она протянула мне одну из своих колб. Быстро прочитав описание, я понял, что она не врала. В характеристиках сон-зелья двадцать второго уровня была строка с ограничением его использования только дриадами.

― С рецептами тоже самое, ― добавила она.

― Благодарю за объяснение, ― кивнул я. ― Позволишь еще один вопрос?

― Как тебе удается варить магические зелья без источника маны?

― А кто сказал, что эти зелья магические? ― хитро улыбнулась Мидори.

Заметив мое вытянувшееся лицо, она хохотнула:

― Правильное сочетание особых трав ― только и всего!

Наша короткая беседа, продлившаяся не больше двух минут, была прервана появлением остальных «участников» охоты.

Следующий час мы занимались погрузкой здоровенной туши на самые большие сани из «каравана» Шершня. Вернее сказать, этим занимались Клык, Ёж и Обжора. А вокруг них, словно курица наседка бегал Джино, то давая советы, то прикрикивая на своего фамильяра и нашего пленника. К Обжоре, по вполне понятным причинам, старик относился с опаской и уважением.

Я, Мидори, Мая и Ми времени тоже не теряли. Мы обошли все сани и палатки разбойников и собрали все самое необходимое и ценное. В итоге, когда погрузка самки полоза и сбор трофеев были закончены, наш небольшой караван состоял из фургона, двух больших саней и дюжины лошадей, навьюченных всякими мешками и коробами.

Кроме провианта и корма для лошадей, в палатках мы обнаружили приличное количество простеньких серебряных и золотых украшений, а также монет разного достоинства на сумму почти пять сотен золотых. Добавить к этому оружие и кошели погибших разбойников, получалась круглая сумма.