Ангел для Лютого

Близко? Она что, пьяна? Не было такого!

— Лена, иди протрезвей.

Отцепил её руку и направился к выходу из клуба, набирая номер подруги жены. После третьего гудка Галя взяла трубку.

— Вы где? — начал я сходу.

— На улице, в парке рядом с клубом.

— Вы чего там забыли? — выйдя из помещения, решил узнать, какого чёрта они в парке делают.

— Да одна сука подсыпала возбудитель Миле в сок, пока мы танцевали.

— Что? — остановился, охреневая от услышанного.

— Мы сами в шоке, — ответила подруга жены и быстро пересказала разговор этой твари с тремя отморозками, по-другому назвать этих людей не могу.

— Ладно, я всё понял, иду к вам.

Но стоило мне зайти на территорию парка, как меня нагнала Лена и вновь вцепилась в руку.

— Да отцепись ты! — взревел я, отталкивая от себя назойливую бабу.

— Егор, не отталкивай меня, тебя никто не будет любить сильнее, чем я.

— Пошла на х*й со своей любовью! Я уже тебе говорил: не интересуюсь услугами шалав, как ты, — не сдержался, вспомнив тот случай, как она заплатила бабе, чтобы занять её место.

Захожу в отель и вижу, как эта сука голая на кровати расположилась. Психанул и вышвырнул её в коридор в чём мать родила, а следом и её шмотки полетели.

— Зря ты так, я лучше твоей жены. Пока тебя не было, я видела, как она в клубе с парнями обжималась, а потом уединилась с ними.

— Понятно. — Я резко притормозил. — Это ты, значит, подсыпала моей жене сок возбудитель. Я ну, — хватаю её за горло, — быстро говори, что за хрень ты ей подсыпала?! Учти, если Миле будет плохо, я на куски тебя порву, и плевать, что ты женщина.

— Я ничего ей не посыпала... — прохрипела тварь, пытаясь отодрать мою руку от своего горла.

— Врёшь, сука! Даю последний шанс. Что ты ей подсыпала?

— Возбудитель очень хорошего качества, он ей не причинит вреда. Я его для тебя приобрела, надеялась…

Вот на что она надеялась, я даже слушать не захотел.

— Наслаждайся последними часами беззаботной жизни, тварь.

Отпихнул её, и эта сучка, не удержавшись, шлёпнулась задом на асфальт.

— Прости… — всхлипнув, начала она спасать свою шкуру.

— Бог простит, а я буду мстить, — процедил сквозь зубы, уходя от рыдающей бабы.

Мы стояли за деревом, и наконец в свете фонарей появилась фигура Егора. Он направлялся быстрым шагом в нашу сторону. Ему буквально осталось пройти пятьдесят метров до нас, как его догнала рыжая стерва.