Хотя я его и не просила, и могла бы сама справиться, но он только отводит мои руки и делает все сам.
Даю ему волю, принимая его... Эм, ухаживания, да, так мне кажется. Если ему это важно, то я не буду против.
Мужчина находит влажные салфетки, чтобы обтереть мне между ног, кидает колкий взгляд, когда я противлюсь, но все же сдаюсь под напором его заботы и позволяю сделать это, раз он так хочет.
Немного смущённо кидаю на него взгляды. И все это во время моего короткого рассказа об утренней тошноте.
Вот уж интересно такое мужику.
.. Никогда бы не подумала.
У меня было немного другое представление о таких делах.
Но, судя по всему, Руслану интересно, потому что он спрашивает такие мелочи, о которых я не задумывалась.
Например, стошнило меня от еды или запаха?
Были ли тянущие боли в животе при рвоте...
А самое главное, какого хрена я дала ему себя трахнуть.
Вот тут я не выдерживаю и смеюсь, пока он усаживает меня в простреленный автомобиль, пристегивая заботливо ремнём безопасности. Причем делает это с таким серьезным выражением лица, что выглядит это очень забавно.
— На ранних сроках нет причин для беспокойства, — уверяю его, я хоть и немного, но знаю, что такое беременность.
Много читала об этом, меня всегда интересовала эта тема.
Я люблю детей и часто представляла себя мамой...
— Надо убедиться, — утверждает он жестко и сообщает, что везет меня прямиком в клинику, в которой он уважаемый клиент, потому что был когда-то подрядчиком.
Вот так просто.
Сразу принял ситуацию, все обдумал и взял на себя бразды правления.
Хотя, судя по тому, что он грозился сделать меня беременной сразу после выхода из комы, это значит, он был готов. Обдумал все наперёд.
В этом и есть весь Руслан, он принимает решения задолго до событий.
Таким я его и полюбила, такой мужчина мне нужен.
Плечо, о которое можно опереться, спина, за которой можно спрятаться от всего мира. И так радостно от того, что и он принимает меня такой, какая я есть, с моим не самым покладистым характером, с прошлым...
По дороге он рассказывает, что Дамира снова выставила меня в плохом свете, и он почти поверил.
И поверил бы, потому что части моих вещей не было, если бы не звонок моего брата Вали.
— Ты не говорил, что взял его под свое крыло, — кладу руку Руслану на колено.
Чувствую неконтролируемое желание постоянно его касаться.
Трогать. Ласкать. Ощущать его кожу на себе. Прилипнуть к нему и не отлипать никогда.
Но Руслан уводит мою руку, при этом вздрогнув.
Очень странная реакция.
