Девушка спустила юбку, привела в порядок кружевной лифчик и быстро его застегнула. Потянувшись за платьем, случайно бросила взгляд на зеркало, стоявшее на комоде, и увидела в нем лицо Ангела. Он все это время смотрел не на нее, а на ее отражение в зеркале! И раз она прекрасно видела его в этом зеркале, значит, и он мог отлично разглядеть ее спереди, пока она...
Резко повернувшись, Касси выпалила:
— Ах ты подлый...
— Да брось ты, стоит ли так заводиться? — перебил он. Голос его звучал рассудительно. — У меня пока еще есть право смотреть на тебя в любом виде.
— Черта с два! Мы разводимся!
Разговаривая с ней, Ангел лежал на боку, опершись на локоть. После ее слов он снова откинулся на подушку и уставился в потолок. Касси решила, что он ее понял и больше приставать не будет. Быстро напялила платье, но внутри все еще продолжала кипеть. У него есть право! Пока еще! Да как он смеет говорить о правах, прекрасно зная, что их женитьба незаконна, или была бы таковой, если бы он не залез к ней в постель!
И тут до нее вдруг дошло, что Ангел совершенно прав.
Это он сделал их брак законным, переспав с ней, и так оно и будет до тех пор, пока они не подпишут бумаги о разводе. Стало быть, по закону, у него действительно были определенные права.
Провались он, этот закон! Она ведь не просила еще больше осложнять ей жизнь! Он уже и так преступил границы дозволенного, так что никаких прав на нее у него нет, и она готова доказать это, если понадобится, с револьвером в руке.
— Касси!!!
Услышав паническую нотку в его голосе, девушка тут же повернулась к нему, сразу забыв все, о чем она только что думала.
Ей не пришлось долго гадать, в чем дело. Внимание Марабелль привлекло движение одеяла в ногах кровати. Ангел лежал, скрестив ноги, и Марабелль, привстав на задние лапы, пыталась просунуть морду под образовавшийся холмик. Именно таким образом она будила Касси почти каждое утро. Однако на этот раз вместо ног хозяйки ее любимица стала играть с ногами Ангела. Разницы она не замечала.
— Как она сюда попала?
Он перешел на шепот и старался не шевелиться. Озабоченность Касси улетучилась, как только она поняла, что прямой угрозы нет, и к ней вернулось хорошее настроение.
Но она вовсе не собиралась жалеть Ангела.
— Не помню, кажется, я впустила ее ночью. Она скреблась в дверь, — ответила Касси с деланным безразличием. — В конце концов, уж ей-то разрешается спать со мной.
Он пропустил колкость мимо ушей.
— Убери ее отсюда.
— И не подумаю.
