А вам никогда не приходило в голову, что это ваше упрямство идет во вред вашим собственным детям, по крайней мере, Дженни и Клейтону? Если бы вы, родители, просто оставили их в покое, все закончилось бы счастливым браком. Вам что, еще не ясно, что они оба теперь несчастны?
— Мой сын вовсе не страдает! — взорвался Р. Дж. — И я не собираюсь от тебя ничего выслушивать, деточка! Так что лучше пусть этот твой муж откроет дверь!
— Еще не время, мистер Маккаули. Вы силой заставили меня выйти замуж, а я всего лишь силой навязываю вам непродолжительную беседу.
В ответ Р. Дж. повернулся к ней спиной. Касси стиснула в отчаянии зубы. Но она прекрасно знала, против кого идет. Ей никогда в жизни не попадались такие тупоголовые, такие капризные и такие упрямые люди. Прежде чем она успела сообразить, что бы такое сказать, чтобы преодолеть этот отпор, в разговор вступила Дороти Кэтлин. Очевидно, только что услышанное ее крайне удивило.
— Не может быть! Опять? Ты опять проделал эту глупость?
— Послушай, Дотти, — Р.
Дж. явно хотел оправдаться, но она его тут же перебила.
— Брось эти «послушай, Дотти»! Ах ты, сукин сын! Ты что же, устроил еще одну свадьбу под дулом револьвера? Отвечай!
— На этот раз все было не так, черт побери! — заорал Р. Дж. — Она сама заявила, что он ее жених.
— И ты этому поверил? — воскликнула Дороти. — Такая невинная глупышка, как она, и этот безжалостный наемный убийца?
Ангел вздрогнул. Касси съежилась. Сыновья Маккаули в полном недоумении взирали на ссорящихся, в том числе Фрейзер, который теперь уже не находил в происходящем ничего смешного.
Но Дженни Кэтлин, слушая перебранку, постепенно приходила в неистовство. Многие вещи, о которых она раньше имела лишь смутное представление или слышала краем уха, теперь вырисовывались гораздо более отчетливо.
— Что ты имеешь в виду под словом «опять», мама? — спросила Дженни, отходя от Клейтона, которого она развязывала, поскольку больше было некому, и вставая перед матерью. — Кого еще он силой заставил жениться?
Гнев Дороти тут же испарился, и она ответила, словно извиняясь:
— Это неважно.
— Правда? А не ты ли это была?
— Дженни...
Но Дженни продолжала гнуть свое:
— Я желаю знать, почему я не могу жить со своим мужем, мама. Всякий раз, когда я спрашивала тебя об этом, ты любыми способами уходила от ответа. Но на этот раз не выйдет. Так это была ты? Из-за этого началась ваша вражда?
Дороти обратила свой взгляд на Р. Дж., как бы ища поддержки.
