А она еще и улыбнулась, будто это не она только что стреляла в него, натравила дикую кошку и испугала его лошадь. Он решил не отвечать на ее улыбку. От мысли, что ему придется иметь дело именно с этой женщиной, он про себя выругался. Поднявшись с земли, отряхнул плащ. Не хватало ему еще принимать помощь от женщины. Но сюда он приехал именно из-за нее. Долг есть долг.
Прежде чем что-нибудь сказать в ответ, Ангел пошел за своей шляпой. На этот раз он выругался вслух — в самом центре тульи красовалось отверстие от пули.
Проклятье, она же могла его убить! Развернувшись на каблуках, он окинул женщину мрачным взглядом.
— Когда ваш шестизарядник починят, я хочу убедиться, что вы действительно умеете им пользоваться.
В ответ она нахмурилась, вытащила из кобуры револьвер и, осмотрев его, воскликнула:
— Черт! Вы мне его испортили!
— А вы мне испортили шляпу.
Она прищурилась.
— Все дело в том, мистер, что этот револьвер мне сделали по специальному заказу. И кто вы, в конце концов?
— Ангел. Кстати, эта шляпа обошлась мне в двадцать долларов, мадам.
— Я возмещу вам убытки за эту проклятую шляпу... — Внезапно замолчав, она отступила на шаг. — Что значит Ангел? Вы что, тот самый Ангел, что ли? Которого зовут Ангел Смерти?
Его губы скривились в горькой усмешке. Редко кто осмеливался произнести это имя в его присутствии.
— Какая разница, как меня называют?
— Я не хотела вас обидеть, — ответила она.
Но Ангел заметил, что в ее серебристо-серых глазах появилось настороженное выражение, и это доставило ему огромное удовольствие.
Хотя оно должно было появиться гораздо раньше. Даже те, кто не знал Ангела, старались держаться от него подальше, ибо весь его облик словно предупреждал: «Берегитесь!»
— Что ж, — сказала Кассандра, нервно рассмеявшись и отведя глаза в сторону. — Вам просто повезло, что у меня не один такой кольт, а то бы я здорово разозлилась.
— Я бы на вашем месте надеялся, что моя лошадь далеко не убежит, леди, иначе вы узнаете, как злятся по-настоящему...
— Попробуйте хоть пальцем до меня дотронуться.
..
— Я бы мог вас просто пристрелить."
"Эти слова вырвались у него сами собой, но ведь она-то этого не знала. Черт возьми, он снова не может совладать со своими эмоциями и показывает свой гнев. Ангел никогда не бросал угроз на ветер. Но хотя сейчас она и не целилась в него из револьвера, в ней было нечто такое, что раздражало его.
— Забудьте о том, что я сказал, — отрывисто произнес он.
— Охотно, — ответила она, но сделала еще один шаг назад.
