Накануне Ангел спал всего несколько часов, а потом заявился этот Керби. С тех пор ему не удалось добраться до постели, чтобы поспать. Не был он и в своей комнате, поэтому его лицо заросло щетиной, волосы так и остались спутанными — это пальчики Касси постарались, — а рубашку не на что было застегнуть, пуговицы отсутствовали напрочь.
Служащие отеля уже дважды подходили к нему с просьбой покинуть помещение. Ангел пугал посетителей. Сначала подошли двое, во второй раз — четверо. Он продолжал твердить свое, что не уйдет до тех пор, пока не уедет его жена.
Они решили оставить его в покое, хотя и проверили по книгам, действительно ли здесь проживает его жена. Он не возражал, если бы они были более настойчивы в своем требовании. Такое у него было настроение.
Снова расставание. Ангел хотел, чтобы Касси уехала, но при этом знал, что уже вечером будет мечтать, чтобы она была здесь. Он по-прежнему испытывал раздражение из-за ее вмешательства в его дела и все же не хотел, чтобы и на этот раз они расстались, злясь друг на друга.
Он мог уладить это до ее отъезда, но не станет этого делать, потому что для нее же лучше, если она будет по-прежнему зла на него. Тогда она, не теряя времени, положит конец их браку. Пока это не будет сделано, он не поедет в Шайенн. Там она будет слишком доступна, а нынешняя ночь показала, что находиться близко и ничего при этом не предпринимать он просто не в состоянии. Так ей никогда не получить развода. Вместо этого все кончится тем, что у нее будет его ребенок.
Эта мысль буквально заставила его подскочить.
Да, ему хотелось, чтобы у нее был от него ребенок. Только так он может получить ее навсегда и напрочь забыть обо всех разговорах о разводе в дальнейшем. Теперь он больше всего на свете жаждал заполучить эту вмешивающуюся во все женщину! Но этого не хотела она. Гиблое дело — навязывать ей ребенка. Только ведь его все равно никто не считает приятным в обращении парнем...
В этот момент из ресторана вышли двое мужчин, направляясь к выходу из отеля. Ангел не обратил бы на них внимания, если бы те не остановились внезапно прямо перед ним, загородив стойку.
Он был не против. Все равно уже нужно было уходить, чтобы Касси не увидела его здесь. Теперь ему... да пропади оно все! Он не собирался лишать себя возможности несколько лишних мгновений полюбоваться ею, ведь неизвестно, когда теперь придется увидеться.
Он поднялся, чтобы поменять место, перейдя за одну из высоких колонн в греческом стиле, поддерживавших потолок вестибюля.
