Ангел тьмы

Но почему мне в голову лезут подобные глупые мысли? Ведь в роскошном богатом особняке зима не покажется холодной и серой, дом наверняка хорошо отапливается, так что я не буду дрожать от холода. А до Рождества еще далеко, и за это время я еще успею внести столько уюта и внимания в одинокое существование бабушки и дедушки, что они привыкнут ко мне, полюбят всем сердцем и не захотят расставаться уже никогда! Подумав так, я вздохнула и мысленно воскликнула: О Господи, сделай так, чтобы они нуждались во мне, прошу Тебя!

Неожиданно из-за туч выглянуло слепящее солнце, и настроение у меня тотчас же поднялось.

Яркие осенние краски заиграли на листве деревьев, и я подумала, что это мне знак с небес. Сердце радостно застучало, мне начинало нравиться здесь. Нью-Ингленд был почти такой же, как Уиллис, только без холмов и лачуг. Я улыбнулась.

— Мы подъезжаем, — коснулся моей руки Тони. — Взгляни направо: за деревьями наш дом — усадьба Фартинггейл. Это зрелище стоит того, чтобы его запомнить.

Дом с собственным именем! Потрясенная, я спросила Тони:

— Он действительно столь величествен, как и его название?

— Мой дом очень много для меня значит, — напыщенно ответил мужчина.

 — Его построили мои предки, и каждое новое поколение в роду старалось по мере сил улучшить его.

Джиллиан презрительно хмыкнула, но я не придала этому значения, сгорая от нетерпения поскорее взглянуть на дом. Подавшись вперед, я ждала увидеть просвет между деревьев вдоль шоссе. Но шофер незаметно уже свернул на дорожку, ведущую к высоким чугунным воротам, над которыми витиеватая надпись на арке гласила: Усадьба Фартинггейл.

У меня перехватило дыхание при виде одних лишь ворот — с литыми фигурками волшебных гномов, эльфов и фей между листьями.

— В детстве мне казалось, что нигде в мире нет более прекрасного дома, — с грустью в голосе поделился со мной Тони. — Это один из известнейших домов в округе. Конечно, здесь есть особняки и получше, но не для меня. Когда мне исполнилось семь лет, отец отослал меня в Итон.

Он полагал, что англичане лучше разбираются в воспитании юношей, чем учителя в наших частных школах, и в этом он был прав. Однако в Англии я постоянно мечтал поскорее вернуться домой. Когда меня охватывала тоска, я закрывал глаза и ощущал аромат пихт, елей и сосен, но острее всего — соленый запах моря и просыпался с больной головой и желанием умыться сырым прохладным воздухом родных мест, почти физически чувствуя, как мне их не хватает.