Ангел тьмы

 — Не думаю, что они легко согласятся отдать тебе своих усыновленных малышей. К тому же и сами дети уже могли привыкнуть к ним и к своей новой жизни. Не забывай, ты уже больше не Кастил, ты одна из нас, Хевен!

Но я всегда останусь одной из Кастилов, думала я, направляясь после завтрака в ресторане к телефону, чтобы позвонить Роулингсам. Мне рисовались картины моей радостной встречи с братишкой и сестренкой: Кейт и Наша Джейн несомненно придут в восторг, увидев меня.

Лицо Нашей Джейн засветится от счастья, и она бросится навстречу, тоненьким голосочком выкрикивая мое имя.

Я приму ее в свои объятия и расплачусь от умиления, а она — от того, что я нашла ее и, значит, все еще помню и люблю.

Следом за сестрой ко мне застенчиво подойдет и маленький Кейт. Он тоже узнает меня и обрадуется мне.

Дальше этой встречи мои планы не простирались. Потребовались бы годы, чтобы легальным образом забрать детей от усыновивших их родителей, сказали адвокаты Таттертонов, и Тони был против этого процесса.

— Нечестно обременять Троя заботой о двух чужих детях: они могут невзлюбить его, а ведь ты знаешь, какой он ранимый, — говорил Тони.

 — Поэтому я не хочу, чтобы ты выиграла это дело. Стань его женой, роди ему детей и воспитывай их.

Прижимая трубку к уху, я с нарастающим волнением слушала гудки. Может быть, они уехали куда-нибудь отдыхать? Почему так долго не берут трубку? Затаив дыхание, я упорно ждала, когда раздастся мелодичный голосок Нашей Джейн. Кейт, как мне казалось, не решится подойти к телефону, он слишком застенчив.

Трижды я набирала номер, который мне дал Трой, но к телефону так никто и не подошел. Я заказала третью чашку кофе и еще кусок черничного пирога, — бабушка нас баловала им только по большим праздникам.

В три часа я ушла из ресторана и поднялась на лифте в свой шикарный номер на пятнадцатом этаже, — мы с Томом частенько мечтали пожить именно в таком отеле, греясь на солнышке на склоне холма и представляя себе, каким будет наше удивительное будущее. В Балтиморе я намеревалась пробыть не более недели, но Тони настоял на том, чтобы я жила в апартаментах, а не в каком-нибудь убогом одноместном номере.

В моем распоряжении была довольно милая гостиная и даже полностью оборудованная всем необходимым кухня в черно-белых тонах, сверкающая чистотой.

Время неумолимо шло, в десять вечера я отчаялась дозвониться до Роулингсов и позвонила Трою.

— Только не нервничай, — успокоил он меня, — может быть, они куда-то увезли детей, а завтра вернутся.